сил смотреть на наше нищенское существование. Зимой этого года нас с Лёшей старшая сестра с дядей Федей посадили в сани и на лошади отправили в Пестяки Горьковской области. Так мы попали в детский дом. После голода, холода мы оказались в большом доме, в большой семье. Видя заботу воспитателей о нас, мы старались помогать друг другу в учёбе. Питание, нам казалось, было очень хорошее. Кормили три раза в день. К праздникам готовили «угощения». Еженедельно нас водили в баню, а после выдавали чистое бельё. В школе учились вместе с уличными детьми, но в разделённых классах. Нас с ними связывала дружба, взаимовыручка, участие в художественной самодеятельности. Добрые учителя, воспитатели готовили из нас граждан своей страны. Старались воспитывать патриотов. После казни Зои Космодемьянской нам читали статью, напечатанную в газете. Я решила закалять свой характер, т.к. боялась, что не выдержу пыток, если попаду к немцам. По моей воле мальчишки били меня ремнём, пряжкой до появления кровяных рубцов. Ощущая боль, считала себя «героиней». Воспитатели заметили следы этого «испытания», хотели найти виновных и наказать их, но я стояла, как Зоя на допросе. Рубцы на теле зажили, а вот характер закалился. В детском доме нас приучали к самообслуживанию, к посильному труду. Мы всегда чувствовали заботу воспитателей о нас. Я не помню, чтобы кого-то наказывали. Ко мне было особенное отношение. То ли из-за характера, то ли из- за хорошей учёбы. Меня заставляли заниматься со слабыми учениками. Это меня поддерживало, подтягивало, самой надо было больше стараться, лучше учиться. Именно в детском доме я приобрела черты своего характера: активиста, организатора, что помогло мне в дальнейшей жизни. Находясь в детском доме, мы часто вспоминали нашу маму. Ведь нас разлучила с ней война. Были случаи, когда детей забирали из детдома, но я не знала, по какой причине. Меня хотели тоже взять на воспитание в семью. Увидев 114
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4