коров, по воспоминанию Елены Григорьевны, все держали, телят - само собой, о курах - говорить нечего. Колхоз давал молоденьких поросят - тоже выдерживали, но это, также, как и овцы —у кого как. На трудодни правление выдавало зерно, которое возили на Лукновскую мельницу, перемалывая на муку. Когда выкачивали мёд с ульев, его тоже делили по трудодням. Для ребятишек это было «сладкая» пора: «Ой, мёд делят!» - и бегут с кусочками хлеба на пасеку. Когда началась война, всех мужчин забрали на фронт и молодёжь стали ставить на тяжёлые работы. Если раньше лето девочки-подростки трудились только на прополке картофеля, турнепса и, с виду на него похожего, кок-сагыза (шёл на выработку резины), то теперь им предстояло делать многое или наравне со взрослыми или, заменяя их. В колхозе остались двое стариков: А.В. Матвеев - председателем и А.И. Балахонов - бригадиром, пожилые женщины, да они - подростки, девчонки и мальчишки; девчонок постарше взяли на трудфронт, рыть противотанковые рвы. 26 июня всех, кто остался в колхозе, собрали и сказали, что надо сделать всё, чтобы убрать урожай без потерь и вести всё хозяйство. Поля все были засеяны. Тогда подошло время косить клевер, а он уродился густой, сильный. «И вот мы взялись за косы, - читаем в записках Е.Г. Сметаниной. - Первая шла Кутузова Евдокия Ивановна. Молодая, крепкая, брала косой широкий размах - на полную длину рук. За ней шла Балыкова Александра Васильевна. Мне это очень нравилось, и я шла за ними. Я ими просто любовалась и старалась подражать им в таком возрасте (13 лет). За мной шли, кто покрепче, потом - кто послабее. У кого-то получалось, а у кого-то - нет. Было очень тяжело. Все в поту, мокрые, но надо было делать. Никто не хныкал, знали слово «надо». Вставали рано, косили, пока роса на траве». Скошенный клевер сушили, складывали в копны, а потом на «носилках» (совали под копну два кола и поднимали 105
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4