rk000000264

и с Сонечкой, и с Дуней, и с Порфирием Петро- вичем, и даже со Свидригайловым оправдываешь себя, выгораживаешь, обеляешь, ищешь смягчаю- щие обстоятельства. Ты, мол, не простой, а идей- ный убийца. Иногда просто жалко тебя, и не- нависть проходит. На такую высоту гордыни забрался — и как-то низко, нелепо пал плашмя, как вошь ползучая. На спину. И барахтаешься бес- сильно. Чего ты и боялся, кстати, болыпе всего. Слишком много думаю о продуктах и занима- юсь перестановкой консервных банок. Надо бро- сить это занятие. Всё! С завтрашнего дня не думаю о количестве припасов, заглядываю в холодильник и в кладовку только по необходимости. Никаких ревизий. Просто буду поменыпе есть. 1 июля. Что-то вспомнились стихи. Хоть верь те, хоть проверьте, но я знаю наизусть всего два стихотворения. Думаю, есть такие мои ровесни- ки, которые и одного-то без шпаргалки не прочтут. Вокруг моей конуры буйствует июль, рядом уже мелеют и зацветают тёплые пруды с перекидными, по-арочному выпуклыми мостиками, по которым меня с балаклавой задом наперёд (зачем? — спро- сил бы я его сейчас) вёл Флейт. Мама с улыбкой сказала как-то, что в детстве я произносил «выку- плый». Да, стихи. Все школьные — благополучно за- был напрочь, а эти два из студенческих лет оста- лись в памяти и сердце. Думал ими девушек со- блазнять, но не пригодились. Даже моей Софии не успел прочитать. Вот так! Уж в который раз сіеіеіе вышел из-под контроля, не стирается до конца на