rk000000264

кожа. Светлые серо-голубые, словно увеличивши- еся от времени глаза всматривались в Снайпа из- под запавших верхних век внимательно и тепло. Многим мешало, что при разговоре взгляд Флей- та всегда упирался собеседнику в лоб, меж бровей, чуть повыше их, словно целился туда сквозь оп- тику. Многие не выдерживали напряжения и че- рез пару минут обгцения с наставником начинали безотчётно тереть лоб, то легонько, а то и до крас- ноты. Снайпу такой взгляд давно не мешал, но всё же и его иногда подмывало лоб поскрести. И ещё одна прежняя привычка осталась у Флей- та: он забирал в горсть узкий подбородок и тянул его вниз, словно поглаживая несуществующую бо- роду. Говорили, что в Афгане Флейт холил свою уз- кую бороду, отчего лицо казалось неестественно длинным, но, вернувшись домой, по неизвестной причине без жалости расстался с ней, как с изме- нившей подружкой. Гость открыл было рот, но хозяин приложил палец к губам: — О деле —потом. У меня сегодня совсем сво- бодный день-денёк, так сказать, нарисовался. Давай-ка посидим рядком-рядком, поговорим лад- ком, подыши-ка сначала свежим воздухом, а по- том поболтаем о-том-о-сём-о-том-о-сём и нашу снайповскую песенку споём. А не споём, так сы- граем. У меня ведь гостей-то не бывает, не бывает. Ты, пожалуй, второй за полгода. За полгода, да... Бывший наставник разлил коньяк, принёс из хо- лодильника уже нарезанный заветрившийся лимон. Когда Снайп попытался достать из парусинового