rk000000264

рабу Божию Софию, не осуждать Раскольникова, не ревновать его к Сонечке». Я стал всматриваться в посетителя вниматель- нее и вдруг, неожиданно для себя самого, сказал: «Ты святой Лазарь, я догадался, у тебя глаза до сих пор вовнутрь глядят». Мне показалось, что он чуть заметно улыбнул- ся. Легко, невесомо встал и вышел сквозь толстую, обитую цинком дверь, как сквозь воздух. Вот бы мне так! 17 августа. Почти не спал. Ел мало, только пил. И не хотелось ничего записывать. Всё про- пущенное время молился с утра до ночи. Отче наш, потом Богородице Дево, затем наизусть гла- ва о воскрешении Лазаря. Потом «Упокой, Госпо- ди, душуубиенной рабы Твоей Софии...». И снова Отче наил. И так целый день. Понял наконец-то, что Евангелие надо читать не как книгу, а тоже как молитву. Вот Сонечка так и читала. Как хорошо, что я теперь знаю имена Жертв! И странно. Надо же, какое совпадение! Двух моих последних Жертв, мать и дочь, звали София и Ели- завета! Даже не верится. Как будто других имён совсем не осталось на белом свете. Их же тысячи, если не болыпе. Что бы это значило? Пришло на ум, отозвалось в сердце, что Богоро- Ьице Дево, радуйся часто шептала бабушка. Толь- ко я не прислушивался тогда. Однако запомнил каким-то периферийным слухом. Если существу- ет такой... Господи, воскреси меня, мёртвого! Святой Ла- заре, помолися обо мне, грешном!