rk000000254

тоже положили в братскую могилу. Начальник станции Иван Игнатье­ вич, фамилия стерлась из памяти, помог её похоронить... Зоя осталась совсем одна, не было даже соседей. Они тоже умерли. 21 мая 1942 года в дверь постучали. На поро­ ге стояли трое военных. Увидели, что Зоя совсем одна, и забрали её в Лах- тинский детский дом, а через неделю, вместе с другими детьми эвакуирова­ ли в Навашинский детский дом Горьковской области. - В тот день по Дороге жизни отправляли три дет­ ских дома. Ладога встретила нас сурово, сильным ветром и дождем. Грузили детей военные бегом, под мышки брали сразу двоих, троих - дети настолько отощали, что ниче­ го не весили, да и передвигаться без посторонней помощи не могли. В момент прохождения судов по Ладоге появились фашистские самолеты и начали бомбить. Сразу уш ли ко дну два военных судна, погребая под толщей воды раненых и изможденных детей. Из трех детских домов до другого берега добрался лишь один. Всю дорогу до места эшелоны бомбили, были и убитые, и раненые, но мне повезло. Когда добрались до детского дома под Горьким, все вышли смо­ треть на новеньких. Нас прозвали «покойниками», так плохо мы выглядели. В свои двенадцать лет я была похожа на маленькую старушку, закутанную в тряпьё. Во время эвакуации детей сопровождал М ихаил Ива­ нович Кудряшов, который впоследствии стал директором Навашинского детского дома. Многие выжили только бла­ годаря этому человеку. Он не давал детям есть всю пайку хлеба за раз, иначе - заворот кишок и смерть. 400 граммов он делил на 10 кусочков и выдавал по одному через каждые два часа. Все 15 воспитанников выжили. З.С. Сакова