rk000000254

затрещал ручной пулемет. Засвистели пули. Одна из них попала мне в правую ногу. Помощи ждать было не от кого. Вся надежда на себя - на силы, на выносливость, на стойкость. Обождал с минуту, пошел в сторону от дороги. В темноте и не заметил, как оказался на берегу не то речки, не то оврага. Думал, что впереди ровное место. Шагнул и полетел вниз головой. Уго­ дил в полынью. К счастью, речка была неглубокой. Побрел. Холодная вода ломила ноги. Тело немело, не слушалось. С великим трудом, напрягая все силы, заглушая боль, до­ полз до сарая, залез в солому. Кидало то в жар, то в холод. Пить хотелось так, что вода, льдинка и даже снежинка рисовались в воображении неоценимыми драгоценностями. Жажда была столь сильной, что я не вытерпел: пополз к речке. Возвращаясь в сарай, заметил человеческую фигуру. «Немец», - подумал я. Отполз в кусты. И такое зло взяло, что скрипнул зубами. Немцы расхаживают по нашей зем­ ле, как у себя дома, а я ползаю. Нет, так не пойдет. Пусть погибну, но недаром. Хоть одного немца, да уничтожу. Немец, обутый в тяжелые эрзац-валенки, с канистрой прошел в одну сторону, набрал воды, зашагал обратно. Нет, чтобы спокойно идти, еще свистит, дьявол. Види­ мо, подбадривает себя. Как только он поравнялся со мной, я, что было сил, дернул его за ногу. Немец плюхнулся в снег, как сноп от ветра. Ткнул его несколько раз ножом. Чув­ ствую, скис. Отобрал документы, оружие, а труп стащил к речке. Опустил в прорубь, пополз снова в сарай. Спря­ тался в соломе, заснул. Утром послышались шаги. Я схватил автомат, пригото­ вился. Ура, наша, русская женщина! Она сказала, что немцы ищут того, кто убил их солдата. Грозятся сжечь село, и са­ мое лучшее сейчас - это любыми путями мне отсюда уйти. Ноги уже одеревенели. Женщина принесла мне два ко­ ротких кола. Опираясь на них, я пополз. А кругом темень