rk000000170

Смирную, на которой женясь, приехал в Москву в отпуск в то самое в р емя, как Опочинина помолвлена была уже за Петра Петровича Нарышкина, моего приятеля и сверстника влетах. Сии события в обоих семействах не прекратили нашего знакомства. Я также ездил к Опочининой, как и прежде, старая страсть возобновилась, и, будучи в отставке бригадиром, живучи праздно в Москве, я беспрестанно посещал Опочинину Дочь ее всегда езжала к ней на вечер. Муж ее тогда посещал клобы и мужские собрания, а я, просиживая один с его т е щей, часов до 3 ночи, увлекался до того моим пристрастием к Н а рышкиной, что жена моя начала питать беспокойные подозрения, которые действовали на благосостояние нашего семейства Я чрезвычайно, наконец, б ы л влюблен в Нарышкину, и готов был даже удалиться от всех своих обязанностей, для того только, чтоб уловить воор ее, услышать из уст ее песенку и просидеть с ней, хотя молча, целые сут к и. Такая ст р асть явно угрожала семейному нашему счастью. Жена моя, женщина н есравненная, увидала ясно, что способ спасти мое сердце есть удалить меня из Москвы. Она в этом успела весьма нечаянно, и своими убеждениями, советам и , общими силами с отцом моим, который чрезвычайно любил ее, произвела, что я искал места в статской службе и, надеясь определиться в Москве, попал в Пензу. Н адобно было расстаться с Нарышкиной, я уехал, и страсть погасла. Потом, б ы вая в Москве и наконец сделавшись снова ее обывателем, яостался дружен вдоме Нарышкиной, но уже это было не опасно. Я и поныне предан Катерине Николаевне, по воспоминаниям прошедшего, но без прежнего пристрастия... Я всегда с жив ы м удовольствием вспомню мое к ней отношение, нашу взаимность, ее доверенность ко мне в ее несчастии (ибо она была подвержена некогда самому жестокому бедствиюво время проказ ее мужа) и мою горячую любовь к ней, готовую на всякое пожертвование О! Как сильно и хитро она управляла моей душой! Как о н а мастерски меня соблазняла пустяками, ничем, одним словом, взглядом, и я был у ног ее Ни одна женщина, может быть, легким и неосторожным поведением не заслуживала более ревности, как она, но я не смел, хотя и имел причины, ее ни к кому ревновать Я уже стар теперь и, конечно, в Нарышкину не влюблен, но без восторгов не могу вспоминать того времени, в которое она владела всеми моими чувствами и учила меня находить блаженство вобманах страсти. В сочинениях моих найдутся два приветствия, написанные мною ей, по случаю её отъезда в Киев Ей же принадлежат стихи под названием «Желания» и многие песни, которые я писал, будучи воспламенен ею Одна она, решительно скажу, одна могла быть опасна Для бесподобной моей Евгении, и жена моя, во все 17 лет нашего супружества, ни к одной женщине, кроме Нарышкиной меня не Ревновала, потому что, будучи сметлива и про з орлива, она тотчас ув и дела, что Нарышкина мастерски управляет средством обольщения. 67