стной работе и развитию внутреннего духовного мира. К пьяницам, лодырям и смутьянам о. Николай относился очень жестко, принародно обличал их, захаживал в их дома и в будни, словно заправский участко- вый, оставляя однако заблудшим овцам возможность возвратиться к праведной жизни. Рабочих Ковровских мастерских в статьях и книгах, написанных в годы Советской власти, обычно изображали почти ис- ключительно как революционеров-подпольщиков, занятых лишь лис- товками, маевками, забастовками и изучением произведений Маркса и Ленина. Конечно же, были и такие, но абсолютное большинство рабо- чих жило тогда совершенно другими заботами. Для них главным было умение хорошо выполнять свое дело, возможность получать сравни- тельно высокий заработок, когда один мастеровой содержал нерабо- тающих стариков-родителей, хозяйку-жену и несколько детей. Люди гордились своим заводом, старались качественно делать порученную работу, а церковь, тоже свою, заводскую, сооруженную на свои же ра- бочие деньги, считали, и во многом справедливо, лучшей церковью города. Впервые в Коврове в Феодоровской церкви было устроено калори- ферное отопление. Котельная, отапливаемая дровами и углем, находи- лась в подвале храма, поэтому церковный пол был всегда теплым, в отличие от холодных каменных плит других ковровских храмов. Осве- щение в Феодоровской церкви сделали электрическое, в паникадилах горели лампочки, сделанные в виде свечей. Тогда это было в новинку. По специальному заказу мастеровых был отлит большой церковный колокол, на который для лучшего звону, кроме меди, пошло большое количество серебра Этот колокол обладал самым чистым и долгим звучанием из всех ковровских колоколов. Его звучный и сильный голос узнавали из любого конца города, и колокол этот также был предметом гордости рабочих железнодорожных мастерских. Всему городу был известен звонарь Феодоровского храма Александр Царев — мастер сво- его дела. Освященный в 1875 г. храм с течением времени оказался недоста- точно вместительным для все увеличивавшегося числа прихожан. В переполненной церкви порой царили толкотня и давка, как прежде в единственном на весь Ковров городском соборе. В конце 1890-х гг. из- за тесноты и неблагоприятных обстоятельств едва не приключилась трагедия. Вот как передавал обстоятельства этого происшествия ав- тор вышедшей в 1903 г. книги об истории Коврова и Ковровского уезда И. Ф. Токмаков: «Несколько лет тому назад в Великую субботу над входом в церковь Феодоровской иконы Божией Матери, |то при,,^'астерских>Главного Общества российских железных дорог, га рй^с^жеіч^ йеркрвдого Й:кйатьч::сй ( ' п #:'лег.:а іг,і я.і *
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4