Въ настоящемъ томѣ прежнее изложеніе нредмета значи тельно дополнено цѣлыми эпизодами исторіи русской этнографіи и также рядомъ біографическихъ и библіографическихъ свѣдѣній. Главное вниманіе обращено было на тѣ данныя, въ которыхъ совершалось развитіе какъ общаго интереса къ изученію народ ности вообще, такъ и научныхъ пріемовъ изслѣдованія. Мы ука зывали неоднократно, что границы этнографіи вообще трудно опредѣлимы, и особенно трудно опредѣлимы относительно нашего матеріала п въ нашемъ состояніи науки: бытовыя явленія, пред- ставляющія свою спеціальную область и въ дѣйствительпой жизии, и въ научномъ изслѣдованіи, тѣмъ не менѣе извѣстными сторо нами тѣсно соприкасаются съ этнографіей, такъ что, входя въ свою особую науку, не могутъ быть забыты и въ изученіи этно графическомъ. Таково, напримѣръ, обычное право: оно стано вится теперь предметомъ внимательнаго юридическаго изслѣдо ванія, какъ важный элементъ исторіи права и также современ- наго народнаго юридическаго быта, гдѣ оно требуетъ законода- тельнаго опредѣленія и санкціи, и въ той или другой степени получаетъ ее; но съ другой стороны это— фактъ народнаго обы чая, подлежащаго этнографическому изученію, народная бытовая особенность, идущая съ древнѣйшихъ временъ и многоразлично связанная съ другими явленіями народной жизни и поэтическаго творчества (въ пословицахъ, преданіяхъ и т. п.). Другой при- мѣръ подобнаго рода представляетъ расколъ: ближайшая наука, которой принадлежить его изслѣдованіе, есть исторія церкви и полемическое богословіе; но вмѣстЬ съ тѣмъ онъ обнимаетъ та куто громадную часть русскаго народа и такъ долго въ ней
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4