14 8 ГЛАВА V. комъ, даже м съ прибавленіемъ того, что хотя и не принято въ печатной рѣчи, но принято или осталось въ устпой рѣчи образоЕан- наго общества, было бы невозможно. Какъ ни любопытно уясненіе всѣхъ явлепій строя литературнаго языка сопоставленіями ихъ самихъ взаимно, оно ни на сколько не можетъ удовлетворить ищу- щаго его, если только не захочетъ онъ идти покойно самодовольнымъ ходомъ оправдательнаго осмысленія всѣхъ навыковъ, въ силу кото- раго все, что принято большинствомъ, должно считаться соотвѣт- ствующимъ законамъ строя языка—пока остается принятымъ. Для уясненія строя даже и этой доли русскаго языка наблюдатель-изслѣ- дователь долженъ раздвинуть свой кругозоръ и въ ширь—въ область языка народнаго, и въ глубь— въ обдасть языка времепъ прошед- шихъ, тамъ и тамъ при помощи языковъ инострапныхъ. Но разъ вошедши въ эти области, не можетъ уже онъ (если только не по не- волѣ стѣснилъ кругъ евоихъ наблюденій, или не могъ побѣдить своего нристрастія къ современному литературному языку, какъ къ единственно важному въ какомъ бы то ни было отношеніи) не пе- ремѣнить срединпой точки своихъ наблюденій. Середину его круго- зора, если не какъ ясно нонимаемая дѣйствительность, то по крайней мѣрѣ какъ искомый образъ бывшаго и минувшаго, займетъ тотъ древпій языкъ, отъ котораго какъ вѣтви пошли всѣ мѣстные на- рѣчія и говоры, и который во всѣхъ вѣтвяхъ своихъ перемѣнялся и самъ по себѣ и по дѣйствію разныхъ обстоятельствъ. Книжный общественный языкъ нмъ будетъ уваженъ какъ самая важная изъ вѣтвей языка, какъ главная гвязь всѣхъ частей народа, какъ главный нроводникъ и хранитель образованности народа; но все-таки какъ одна изъ вѣтвей, даже какъ вѣтвь отъ вѣтви, только берущая соки не отъ одной вѣтви, а оть разныхъ, отъ самаго корея языка“. Этими словами Срезневскій опредѣлялъ задачу изслѣдованія, какъ понималъ ее г. Потебня. Такова дѣйствительно была точка зрѣнія и пріемъ нашего изслѣдователя. Говоря о строѣ современ- наго синтаксиса русскаго языка, г. Потебня дѣлаетъ замѣчаніе, которое такимъ же образомъ прилагается къ его звукамъ и формамъ. Лзыкъ является намъ теперь какъ сложная, пестрая масса образо- ваній, создапныхъ въ самые различные періоды его развитія и свя- занныхъ употребленіемъ въ одно цѣлое, которое кажется однород- нымъ, хотя на дѣлѣ идетъ изъ разныхъ историческихъ эпохъ и составилось по различнымъ требованіямъ. „Прежде созданное въ языкѣ ,—говоритъ г. Потебня,—двояко служитъ оспованіемъ новому: частью оно перестраивается за-ново при другихъ условіяхъ и по другому началу, частью же измѣняетъ свой видъ и значеніе въ цѣломъ едннственно отъ присутствія новаго.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4