х ѵ ш в ѣ к ъ. на ука и н а ц іо н а л ьны й во п ро съ. 81 отъ Симеона Полоцкаго, не мотъ вдрутъ легко перейти къ изложеиію теорій естествознанія, философскихъ и реторическихъ тонкостей и т. п. Нотребовалось потомъ цѣлое столѣтіе на то, чтобы нашъ литератур- ный языкъ преодолѣлъ всѣ трудности передачи сложпой научной тех- ники и художествеинаго выраженія. На первое время онъ часто бы- валъ совершенно безсиленъ передъ этими задачами, въ научной тер- минологіи употреблялъ цѣликомъ иностранныя слова, греческія, ла- тиискія, даже нѣмецкія и фраицузскія *), или передавалъ ихъ, какъ Бот ъ послалъ, славяно-русскими выраженіями, для нашего времени тяжелыми, уродливыми и смѣншыми. Неудивительно и это послѣд- нее: въ началѣ ХУНІ-го вѣка сами нѣмцы были въ подобномъ затруд- нен іи—нѣмецкій языкъ считался еще неспособнымъ къ передачѣ высіпихъ литературныхъ научныхъ попятій; его замѣняла латыиь и даже французскій языкъ, и послѣдній ие только въ высшемъ свѣт- скомъ быту, но и въ области пауки. Частію съ нѣмецкимъ и фран- цузскимъ, частію съ латинскимъ языкомъ наука пришла въ первое время и къ намъ; на этихъ языкахъ шло нерѣдко преподаваніе въ „академическомъ ѵниверситетѣ“ въ Нетербургѣ, и въ университетѣ московскомъ; п о чти до нашихъ дней дожила схоластическая латыиь въ духовиыхъ академіяхъ и семинаріяхъ, и латинское иреподаваніе классиковъ въ уииверситетахъ. Западныя литературы со временъ Возрожденія и вплоть до ХІХ-го столѣтія были переполнены латин- скими книгами по всякимъ отраслямъ науки: по-латыни писали не только Коперникъ, но .Іейбницъ и Ньютонъ. Можно себѣ предста- вить, что появленіе науки въ подобной формѣ, на чужомъ языкѣ или въ грубомъ невразумительномъ переводѣ, испещренномъ чужими сло- вами, должно было быть очень дико для тѣхъ, кому приходилось знакомиться съ нею въ первый разъ; люди Петровскаго времени бы- вали въ п о ложеніи простого человѣка, которому приходится выгова- ривать слова чужого языка. Эта первая трудность, естественная и неизбѣжная, какъ трудно всякое усвоепіе новаго знаніл, скоро однако стала исчезать сама собою, по мі рѣ ознакомленія съ предме- томъ; языкъ привыкалъ овладѣвать новыми понятіями, находить для нихъ простое, легкое, живое выраженіе. Знакомство съ наукой въ обществѣ все больше отнимало у нея ту непонятную, отталкивающую внѣшность, которая поражала на первый разъ; у Ломоносова и дру- гихъ русскихъ академиковъ, наука уже успѣла выработать себѣ ира- вильное выраженіе на русскомъ языкѣ. Нѣтъ сомнѣнія, что школьникамъ Петровскихъ временъ прихоі) Сколько нѣмецквхъ словъ припнто было т ь терминологіи пиновнической, это извістно; но забавно, что сама академіл наукъ очень долго щеголяла подъ н а зва- віемъ „де-сіянсъ академія*. ист. этногр. 6
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4