rk000000112

подавателя рисования были очень небольшими: в январе 1923 года в ПИНО они составили 24 рубля 50 копеек, в апреле - 39 рублей14. Что же касается поэтического творчества, то Миха­ ил Владимирович, безусловно, долго не мог оправить­ ся от постигшей его «тяжёлой жизненной катастрофы - безвременной кончины своего старшего сына». По­ сле этого он писал лишь «в стол», тем более, что, по справедливому наблюдению Л.С. Богданова, не нахо­ дил «в себе причинных связей с современной жизнью», не всегда ясно понимал окружающие явления и боялся «произвести диссонанс своими песнями в хоре совре­ менной жизни». К счастью, в личном фонде Л.С. Богда­ нова в Государственном архиве Владимирской области (ГАВО) сохранились образчики творчества поэта той поры: подаренные в апреле 1923 года Л.С. Богданову автором стихи о Муроме и поэтические циклы, посвя­ щённые Владимиру и Переславлю-Залесскому. В начале того периода в жизни нового государства, который сбил с толку и заставил расслабиться многих (нэп), вместе с целой группой таких же, как он, самоде­ ятельных поэтов, М.В. Машков, наконец, опубликовал малую толику своих стихов в вышедшем в 1922 году поэтическом сборнике «Астры»15, подаренном 4 января 1923 года «дорогому сыну и другу Мише на память об отце». В дарственной надписи учившемуся на матема­ тическом факультете сыну Михаил Владимирович пи­ сал: «Математика и поэзия так близки и так противопо­ ложны, как иногда бывает это в человеческих семьях, но математика часто бывает поэзией числа, а матема­ тик - поэтом, черпающим свои грёзы в мире цифровых знаков. И я утверждаю, что большинство математиков - поэты, но им почему-то в этом совестно признаться»16. Сборник со своими стихами подготовили к изда­ нию девять поэтов, входивших в группу «Стрежень»17: Михаил Владимирович Машков (под псевдонимом М. Быковский), Николай Шемянов, А. Круковский, Инна Карэм, И. Шумилов, Василий Чечерский, А. Ли- стовская, Иван Соин и Николай Воронин. Они также по­ местили в сборник стихи Нины Осиповны Быковской18, «преждевременно погибшей поэтессы, одного из тех человеческих существ, которых страдание не ожесточа­ ет, но делает чище и лучше». Из перечисленных имён, помимо М. Быковского, для нас интересны ещё несколько, дающие представление о том, каков был круг общения Михаила Владимировича в первые послереволюционные годы. Во-первых, это Ни­ колай Николаевич Шемянов (1877-1959). Н.Н. Шемянов родился в Томске, но детские и юношеские годы про­ вёл в Шуе, где его мать долгие годы работала акушер­ кой. Окончил Шуйскую мужскую гимназию и физико- математический факультет Московского университета. С 1909 года преподавал во Владимире математику в ре­ альном училище, а в советское время - в 4-й трудовой школе, в ПИНО и Владимирском педтехникуме19, т.е. являлся коллегой М.В. Машкова по преподавательской работе в этих заведениях. С осени 1930 года преподавал в педагогическом институте Ярославля, последние годы заведовал в нём кафедрой методики преподавания ма­ тематики. Со студенческих лет увлекался литературной деятельностью: писал стихи, пьесы, статьи для театраль­ ных журналов. Одним из его ближайших друзей был Л.С. Богданов, в личном фонде которого в ГАВО сохра­ нились письма Н.Н. Шемянова. В начале 1920-х годов второй женой Н.Н. Шемянова стала племянница из­ вестнейшего в России начала XX века поэта, нашего земляка К.Д. Бальмон­ та, дочь его брата Александра - Вера (1896-ок. 1959)20. Меня особенно привлека­ ет другое имя из приведённого выше списка - поэта Ивана Сои- на. Речь, очевидно, идёт о горо- ховецком фотографе Иване Степановиче Соине (1878-?), члене партии эсеров. Ещё в 1913 году И.С. Соин издал в Гороховце единственный сборник своих стихов «Мои песни». В 1915 году он уехал на Кавказ, где сотрудничал в газетах «Терский вестник», «Северный Кавказ». Вскоре вернулся в центральную Россию и жил в с. Южа Шуйского уезда Владимирской, а с 1918 года - Иваново-Вознесенской губернии21. Наконец, всех, кому небезынтересна история нашего края, не может не привлечь имя поэта Николая Ворони­ на. Это не кто иной, как Николай Николаевич Воронин (1904—1976), известный в последующем археолог, исто­ рик древнерусского искусства, исследователь древнерус­ ской архитектуры, доктор исторических наук, лауреат Ленинской премии. В 2004 году во Владимире вышел маленький сборник его стихов «Боренье двух начал» (эти строки мы не случайно взяли в качестве эпиграфа к данной статье). В предисловии к сборнику сказано: «Если как учёный Н.Н. Воронин не только известен, но и удостоен высоких наград, то ещё одно проявление его многогранной натуры - поэтическое творчество - пребы­ вает в безвестности. Стихи, которые он писал, начиная с 12 лет, не предназначались для печати»22. Как видим, в первый и единственный раз свои стихи совсем юный Ни­ колай Николаевич решился опубликовать в 1922 году. В архиве сына М.В. Машкова сохранились интерес­ нейшие материалы, связанные со сборником «Астры». Это карикатуры, выполненные М.В. Машковым на сво­ их товарищей - поэтов - авторов сборника, а также по­ свящённые ими ему стихи. Немаловажно и то, как от­ кликнулась на выход сборника владимирская пресса. Но это уже тема для следующего рассказа. Мы же должны закончить повествование о Ми­ хаиле Владимировиче Машкове. За ним пришли вес­ ной 1938 года. В это время он работал художником во Владимирском краеведческом музее и проживал по адресу: улица Дзержинского, д. 16. При обыске были изъяты паспорт, профессиональный билет, две топо- карты, «брошюра монархического содержания, разная переписка»23 и фотографии. М.В. Машкова обвинили в шпионаже и участии в офицерской повстанческой ор­ ганизации «Освобождение». Решением тройки НКВД Ивановской области 28 сентября 1938 года «за шпи­ онскую деятельность» он был приговорён к расстрелу. 19 января 1956 года дело М.В. Машкова определени­ ем Военного трибунала Московского военного округа было «прекращено из-за отсутствия состава преступле­ ния». Сведения о нём внесены в Книгу памяти жертв политических репрессий: Машков Михаил Владимиро­ вич, 1872 г., с. Старо-Быково Суздальского района. Ху­ дожник. Арестован 29.04.1938. Осуждён к расстрелу24. СТИХИ М.В. МАШКОВА РАЗНЫХ ЛЕТ У КАРУСЕЛИ Возле карусели Две гармошки пели, Вторил барабан им и тарелки в лад. На конях задорных Девки в бусах - зёрнах, Вереница звонких, радостных ребят. Хлопают в ладошки Девки-босоножки, Фартуки алеют, юбки шелестят... Яркие подвески, Хохот, гам и блески, - И вечерний тихий, радостный закат. Сборник «Астры», 1922 г.