rk000000109

учились в школах, а с наступлением каникул труди­ лись на колхозных и домашних огородах, на сенокос­ ных лугах, на зерновых токах. Все сравнительно лёг­ кие колхозные и домашние работы тогда выполнялись детскими руками. Взрослых рук просто не хватало. Для городских детей слово «работа» является абстрактным. Их родители утром уходят на работу, а вечером возвращаются домой. Только в самых общих чертах и только по рассказам родителей ребёнок мо­ жет представить себе ту работу, которую выполняют его мама или папа. У нас, деревенских детей, всё было проще. Мы работали вместе с родителями, перенима­ ли у них трудовые навыки, они учили нас добросовес­ тности и бережливости. Удивительные это были люди, колхозники сороковых годов! Такой самоотвержен­ ности в труде, честности и бережливости мне больше никогда и нигде не доводилось видеть. Колхозное доб­ ро они приумножали и берегли более заботливо, чем своё собственное. А когда наступали праздники, эти, казалось бы, изнурённые непосильным трудом люди превращались в лихих, беззаботных гуляк. В каждом доме звенели застольные песни, вся деревня наполнялась песнями, плясками, спортивными играми. Казалось, всё вокруг было пронизано весельем, фантазией, беззаботными выдумками и шалостями. Этого удивительного народа на Руси уже нет. Он безвозвратно исчез в начале пятидесятых годов, когда в нашей стране после очередных реформ крестьянс­ кий труд практически перестал оплачиваться. Чтобы выжить, крестьяне начали устраиваться на работу в городах. На заводах тогда не хватало рабочих. Трудо­ любивых переселенцев из деревень заводы с удоволь­ ствием принимали. Городские власти давали пересе­ ленцам ссуды (кредиты) для строительства частных домов в городе. Многие крестьяне воспользовались такими льготами. Другие жители деревень, не сумев переселиться в города, оставались жить в деревнях, но устраива­ лись работать на городские предприятия. Для рабо­ чих из нашей деревни наиболее удобным был завод «Автоприбор» в городе Владимире. Рядом с заводом была небольшая железнодорожная станция «Пио­ нер», на которой останавливались пригородные по­ езда ковровского направления. Поездка на работу на этот завод из нашей деревни была практически так же удобна, как поездка внутри города из соседнего микрорайона. Езда на поезде занимала не более пят­ надцати минут. Некоторые неудобства создавала удалённость нашей деревни от ближайшей железнодорожной станции. Утром люди шли около трёх километров до станции Карякинская, чтобы сесть на поезд и уехать на работу. Но вечером, возвращаясь с работы, эти километры они уже не шли. Среди рабочих всегда находился смельчак, который с помощью стоп-крана производил аварийную остановку поезда у деревни Выселки. А от неё до нашего Доржева и километра не будет. Надо отдать должное, особых преследований таких смельчаков тогда не было. Наоборот, власти быстро среагировали на это пожелание трудящихся и узаконили поначалу нелегальную остановку поез­ да у деревни Выселки. И до сих пор у этой деревни останавливаются все пригородные поезда маршрута Владимир - Новки - Ковров. Взрослели подростки, вынесшие на своих плечах тяготы крестьянского труда в годы войны и послевоенной разрухи. Взрослели и уходили в ар­ мию. После военной службы в дерев­ ню эти ребята уже не возвращались. Оставшись без женихов, потянулись в город и девушки. Они устраивались работать няньками, уборщицами, посудомойками. Шли на любые неудобства, любые лишения, лишь бы уехать из деревни. Судьба переселенца не могла обойти и меня. Про­ живая в деревне в двадцати километрах от города Вла­ димира, я достаточно долго ждал случая с этим горо­ дом познакомиться. Случай представился осенью 1952 года. Мне было уже 12 лет. В нашем домашнем хозяйс­ тве требовались перемены: наша корова стала совсем старой и мало давала молока. Мои родители решили купить в соседней деревне молоденькую тёлочку, а старую корову продать во Владимире на рынке. Тогда в этом городе работал так называемый Конный рынок. План доставки коровы на этот рынок был очень прос­ тым. Мы с папой в субботу во второй половине дня пешком отправились в двадцатикилометровый путь до города Владимира. С нами шла корова. Рога её были стянуты толстой верёвкой. Свободный конец верёвки папа держал в руках. На плече он нёс мешок сена, что­ бы подкормить корову, когда она проголодается. Я шёл сзади и прутиком подгонял корову, когда ей по каким- либо причинам хотелось поупрямиться. Завтра утром мама должна была приехать на поезде в город Влади­ мир и найти нас на Конном рынке. К Владимиру мы подходили со стороны Боголю­ бова. В город вошли, когда было уже совсем темно. По улицам ездили очень большие машины с железными оглоблями. Папа объяснил мне, что это троллейбусы. Их только-только пустили. До 1952 года троллейбус­ ного транспорта во Владимире не было. Папа хорошо знал город. Когда-то он проходил здесь военную служ­ бу в учебном танковом полку. Он увлечённо расска­ зывал мне о достопримечательностях города, пытался жестикулировать, хотя обе руки у него были заняты. Я просил его быть поаккуратнее на дороге (мы шли по проезжей части), мне казалось, что эти огромные троллейбусы могут папу задеть. Он снисходительно улыбался, уверяя меня, что я зря беспокоюсь. Внезап­ но наш разговор прервал какой-то странный хлопок. Папы впереди меня не стало. Он вместе с мешком сена лежал на дороге, вокруг него собиралась толпа людей. Корова вырвала у него из рук верёвку и бросилась бе­ жать в обратную сторону по той дороге, по которой мы шли. Я побежал за ней. Довольно скоро мне удалось её догнать, я взял в руки верёвку и повел корову к тому месту, где лежал мой папа. У места аварии собралось много людей, среди них были милиционеры. Приехала скорая помощь и увезла папу. Меня вместе с коровой отправили в ближайшее отделение милиции. Корову поставили во дворе и кормили сеном из того мешка, который папа нёс на плече. Кстати, мешок и оказался причиной происшествия. В тот момент, когда папа пе­ рекладывал его с одного плеча на другое, обгоняющий нас троллейбус задел мешок и сбил папу. Я сидел в какой-то маленькой комнатке и ждал. Примерно через час пришёл папа. Голова его была забинтована, других видимых травм не было. Из от­ деления милиции нас с миром отпустили, и мы про­ должили путь по ночному городу. Ночевать остано­ вились в Доме колхозника. Был во Владимире такой дом. Он располагался на улице Гагарина (в то время она называлась улицей Ленина) в двухэтажном доме, где сейчас находится ломбард, нотариальная контора и несколько небольших магазинов. Корову мы привя­ зали во дворе этого дома, её там приняли под охрану. Мы с папой поселились в маленькой комнатке с одной кроватью. Комната и постель были чистыми и уютны­ ми, мне они сразу понравились. Остаток ночи я крепко спал в нашей единственной кровати. Папа дремал на стуле около меня. Рано утром мы отправились на Кон­ ный рынок. Корова наша покупателям не нравилась. По той цене, которую им предлагал папа, никто её по­ купать не хотел. Вскоре приехала моя мама. Простояв