bs000000003

«Ангелы», учебный рисунок (должно быть, по нему учились молодые художники), как бы сотканы из едва уловимых града­ ций света и тени. Однако главное средство выразительно­ сти рисунков —линия. Ее проводили тон­ чайшей (в несколько волосков) кисточкой. Линии настолько ровные и неизменно тонкие по всей длине, что кажутся про­ черченными пером. Некоторые рисунки выполнены сажей и киноварью. Сочета­ ние черного и красного цветов усиливает их декоративность. Припорохи второй половины XV III—начала XIX в. сделаны настолько искусно, что вызывают удивле­ ние своей ажурностью. Они ценны уже сами по себе. Не случайно среди них есть такие, которые, появившись в XVIII в., так и не побывали в употреблении. Их берегли и передавали из рода в род. Начиная с последней трети XVIII сто­ летия в профессиональном искусстве по­ является сознательный интерес к старым национальным традициям. Он отчетливо проявился в музыке, литературе, архи­ тектуре, изобразительном искусстве. Для конца X V III—начала XIX в. характерно пристальное внимание к лубку. Постепен­ но пробуждалась мысль, «что носителем национального своеобразия искусства^ яв­ ляется не образованный лишь слой обще­ ства, а народ в целом и что органичность художественного развития можно обрести, только осознав свою связь с народными и национальными традициями».23 Живым носителем древних традиций был Палех. О явном интересе к его искус­ ству свидетельствует широкий круг за­ казчиков икон. В первой половине XIX в. ими были крупнейшие монастыри России, Петербург, в том числе и царский двор, Москва.26 Отвечая запросам города, палехскии иконописец во в т о р о й половине XVIII сто­ летия начинает работать в разных «.ма­ нерах» или «пошибах»: «греческой» («ви­ зантийской»), «новгородской», «москов­ ской», «строгановской».27 Все они были, по существу, вариациями стиля, усвоен­ ного Палехом еще в XVII в., который ус­ ловно можно определить как «линеиныи». Иконописные подлинники первой поло­ вины XIX в. под влиянием классического академического искусства освобождаются от налета барочности; рисунок и орнамент обретают пластическую ясность и стро­ гость, отточенную изысканность, которая граничит порой с заученной механической виртуозностью. Икону прежде всего и главным образом рисуют — «знаменит». Рисуют даже золотом: обводят контуры, лещадки горок, прописывают орнаменты, складки одежд, волосы; золотом плотно покрывают фоны. И если в XVIII в. зо­ лото не употребляли вовсе или делали это с величайшим тактом, то сейчас зо­ лото уподобили краске. Красные, розовые, оранжевые цвета заполыхали в его об­ рамлении. Шедевр палехской иконописи начала—первой половины XIX в. — зна­ менитый «Акафист святителю Николаю». Однако расцвет своеобразного палехско­ го мастерства был недолгим. Во второй половине XIX в. Палех известен как «гнездо» исконно русского национального искусства. Здесь побывали ученые Н. В. Покровский, Н. П. Кондаков, Г. Д. Фили­ монов, писатели, журналисты. Ux труды привлекли внимание к старому иконопис­ ному центру, к его бедственному положе­ нию. В палехские дела вмешался Комитет по попечительству русской иконописи. На средства комитета была открыта ико­ нописная школа. Возглавлял ее выпуск­ ник Петербургской Академии художеств Е. И. Стягов (ученик В. Е. Маковского). В школе давали азы академического ри­ сунка, истории искусств, иконописания. Иконописные подлинники того времени представляют собой главным образом ко­ пии с академических религиозных картин. Некоторые из них выполнены на хорошем профессиональном уровне (рисунки А. Н. Корина, М. Д. Корина). Однако не из­ мениться, не возродиться старое палех­ ское искусство уже не могло. Палешане с успехом занимались ремеслом: писанием недорогих икон, чеканкой окладов. Со­ хранились прориси рисунков для чеканки окладов, венцов, цат и тому подобное. Но особенно часто палехские мастера зани­ мались реставрацией. В архиве Сафоно­ вых .много калек, разверток, черновых пла­ нов, зарисовок, сделанных в разных церквах и монастырях, стенопись и ико­ ностасы которых поновляли палешане. Эти материалы несомненно интересны и могли бы оказать немалую услугу рестав­ раторам и специалистам по древнерусской живописи. Наша статья — первая публикация о неизвестных ранее памятниках иконопи­ сания в Палехе и Холуе. В связи с этим материал, богатый и обширный, был ис­ пользован лишь частично. Однако введен­ ный в научный обиход, он, мы уверены,