bp000002719

ка (больше уже у насъ нельзя), тогда онъ получить еверхъ 882 р. еще 705 р., 60 к., итого 1587 р. 60 к., т. е. 182 р. 40 к. въ мѣсяцъ. Значитъ на всѣ другія нужды и потребности, кромѣ сгола и квартиры, у него получится тогда 42 р. Но этотъ верхъ счастья, во 1-хъ, доля очень немногихъ, ибо у насъ очень трудно получить уроки (скорѣе по- слѣдніе отберутъ), а потомъ и какое счастье можно устроить на эти 40 р., если на нихъ нужно и одѣть и обуть себя и семью и учить дѣтей. А какое жизнерадостное «эвдемонистическое» настроеніе должно быть у этого счастливца, имѣющаго 24 урока: онъ какъ собака съ высунытымъ языкомъ долженъ бѣгать изъ одного учебнаго заведенія въ другое, опа­ саясь, какъ бы не опоздать на урокъ, вечерами подготовляться къ уро- камъ по четыремъ—пяти разнороднымъ предметамъ, прочитывать уйму сочиненій, утро все занято и вечеръ не свой. Чиновникъ хоть вечеръ отдыхаетъ, а учитель и вечера не имѣетъ, и даже семья, для которой онъ бьется, для него почти не существуете, утромъ—уроки, вечеромъ— тетради и уроки,—жена, дѣти не подходи— «ему некогда». Отчего же учителя въ большинствѣ такіе нелюдимы, такіе мрачные и неловкіе ког­ да случайно попадаютъ въ общество, отчего сами еиархіальаые началь­ ники, не чуждые иногда укоровъ по адресу учителей за алчность, какъ бы стыдятся ихъ скромнаго вида и, будучи своими для нихъ по образо­ ванно и происхожденію, не снисходятъ до носѣщенія ихъ въ ихъ квар- тирахъ и съ плохо скрываемымъ неудовольствіемъ видятъ ихъ разъ въ годъ, а то и рѣже, въ своей гостинной, двери которой охотно откры­ ваются для всякаго другого не Богъ вѣсть какой величины и ума чи­ новника. Если такому эвдемонизму преподаватели будутъ учить своихъ учениковъ, то до погибели семинаріи далеко, —учить честнымъ тяжелым?, трудомъ зарабатывать насущные гроши, кажется, доселѣ не считалось дѣломъ безнравственны»® и, о если бы, ученики внимали такому науче- нію. Но ученики теперь далеко опередили своихъ учителей и не этимъ послѣдиимъ учить житейской сноровкѣ первыхъ. ІІишущій эти строки слулжилъ въ одной изъ восточно-европейскйхъ семинарій и поражался, по­ чему лучшіе тамошніе ученики, несмотря ни на какія убѣжденія, со­ вершенно не хотѣли итти учиться въ духовную академію, и что лее при­ ходилось слышать въ отвѣтъ на убѣжденія отъ учениковъ: «а зачѣмъ намъ итти въ академію, чтобы сдѣлаться такимъ учителемъ какъ вы, развѣ мы не видимъ, какъ вы живете, какая у васъ квартиренка, какая обстановка, вы вонъ и зимой ходите въ ватномъ пальто, а ваши учени