bp000002719

околичностей, заявляя, что за семинаріей они не иризнаютъ вов­ се никакихъ добрыхъ вліяній, что семинарія была для нихъ лишь тюрьмой. Косвенно этимъ-же дается понять и то, что та- кая-де свѣтлая личность, какъ моя, образовалась вопреки всѣмъ школьнымъ вліяиіямъ и исключительно благодаря собственнымъ силамъ. По существу въ этоаъ подразумѣваемомъ гордѳливомъ ихъ мнѣніи о себѣ не только нѣтъ норицанія школѣ, но даже напротивъ: школа оправдывается отъ снраведливыхъ обвиненій, что воспитала такихъ нитомцевъ. Но для ихъ-то характеристики важна и точка зрѣнія ихъ собственная.,. Свое враждебное и, можно сказать, ненавистническое отно- шеніе къ школѣ они иногда простираютъ до слѣпого фанатизма, до абсурда. На что ужъ кажется безспорно полезное дѣло, какъ улучшеніе внѣшпей обстановки въ учебномъ заведенін, устрой­ ство чистыхъ и гигіеничныхъ помѣщеній и т. пд. Нѣтъ дале и это, но мнѣнію нѣкоторыхъ, можётъ сопровождаться неже­ лательными иослѣдствіями: ученики сами будутъ стремиться тогда въ общежитіе, а общежитіе не благопріятствуетъ «моральному развйтію» (sic)! учениковъ, ибо истинное «моральное развитіе» возможно лишь на квартйрахъ. Трудно тугъ разобраться, что разумѣется подъ «моральнымъ развитіемъ». Вѣроятно. въ каче- ствѣ главныхъ факторовъ такого развитія мыслится: безпрепят- ственное чтеніе Писарева, Добролюбова, и т. д., и затѣмъ— вліяніе той части нашей учащейся молодежи изъ высшихъ учеб- ныхъ заведеній, которая, но волѣ рока, проводить свои учеб­ ные семестры въ нровинціальныхъ городахъ. Итакъ, семинарское начальство— тормаз'ь «моральнаго раз­ витая», преподаватели— гормазъ умственнаго развитія, завѣдуіо- щіе хозяйственной частію— хищники и грабители и вся вообще семинарія— тюрьма,— вотъ какія сужденія о духовной школѣ слышатся иногда изъ устъ ея бывшиХь нитомцевъ, облеченныхщ при томъ, духовнымъ саномъ. Часто такія сужденія высказывается