bp000002717

идеаловъ. Но не представляютъ ли собою въ сущпости чего-то психопатологическаго эти наши эстетическія волпенія, наши пеясныя стремленія въ несуществующую даль? Иску.сство хи- мерично и оно обмапываетъ человѣка. Произведенія искусства создаются фантазіей, фантазія влечетъ насъ на путь иллюзій и галлюдинацій. Но разумный человѣкъ долженъ стремиться освободиться отъ нихъ: разумный человѣкъ никогда ие дол- женъ признать правдивыми слова поэта «тъмы низкихъ истипъ намъ дороже чѣмъ насъ возвышающій обманъ». Низкія истины даютъ намъ удобства и блага жизни, а возвышающій обманъ можетъ направить насъ въ домъ душевно-больныхъ. Ііравда, реализмъ—вотъ что должно быть предметомъ нашей заботы, полеты въ заоблачную высь должны быть оставлены. Такіе призывы раздавались и раздаются. Провозглашается культъ трезвой дѣйствительности, и всякая попытка идеалыіымъ обра- зомъ истолковывать явленія жестоко осмѣивается... И вотъ, когда читаешь философскіе и научпые трактаты нашихъ дней. —когда па цѣлый рядъ вопросовъ постоянно на- ходишь отвѣтъ: і§погатиз еі і^погаЬітиэ—не знаемъ и пи- когда не будемъ знать, когда. при размышленіи и разсулсденіи о благороднѣйшихъ задачахъ человѣчества, постоянно слы- шишь въ отвѣтъ: наше время—не время широкихъ задачъ, тогда неволыю п])иходишь къ гіредпололшнію: не нереходитъ ли человѣчество изъ возраста идеаловъ, изъ возраста юпости въ возрастъ старчества и угіадка? Отречепіе ученыхъ отъ міра сверхчувственнаго не указываетъ ли иа то, что ихъ чувства притупились и ослабѣли? Мы не можемъ знать: есть Богъ или нѣтъ; мы не можемъ зиать о себѣ: олшдаетъ ли насъ без- смертіе или въ могилѣ насъ ждетъ покой небытія; мы не мо- жемъ знать о вещахъ, каковы онѣ на самомъ дѣлѣ, сами въ себѣ, въ своей сущности; мы не можемъ знать гш одной ис- т и і і ы , имѣя неоспоримыя и несомнѣнныя доказательства, что она истипа. Мы раздѣляемъ наши поступки и влеченія на благородные и неблагородные, добрые и злые. Но принцнпь