bp000001429

го неба, подъ которымъ оно преподавалось, былъ выше душной синагоги или тѣсной школы. Оно преподавалось тамъ, гдѣ представлялся случай: на горѣ, при озерѣ, на дорогахъ, въ домѣ Фарисея, на торжеств! у мытаря; но, передаваемое въ царскомъ портинѣ учителямъ израиль- скимъ, оно не становилось лучше и возвышеннѣе, чѣмъ тогда, когда единственнымъ слушателемъ былъ нец!жест- венный народъ, котораго надменность Фарисейская счи­ тала проклятымъ. Оно не допускало исключеній и пере­ давалось равно величественно и прекрасно какъ одному слушателю, такъ и восторженной толп!... Въ немъ не найдемъ опредѣленій, изъясненій, схоластическихъ си- стемъ, ф и л о с о ф с к и х ъ теорій или запутанныхъ трудно­ стями и сомнѣніями споровъ, — но быстрый проница­ тельный взглядъ въ глубину челов!ческаго сердца, — не­ оспоримая положенія, которая не подъ защитою исклю­ чены и ограниченій, а сами по себ! обращаются прямо къ сов!сти съ непреодолимою простотою, овлад!вая серд- цемъ и господствуя надъ нимъ полновластно». (132 и др.). Древній міръ считалъ бѣдность и нищету позоромъ, и его благородн!йшіе умы вовсе не думами объ уничто­ жены такого предразсудка; напротивъ они относились къ б'Ьдности съ холоднымъ, немилосердиымъ презрѣніемъ. Напр, аристократ имѣетъ для Платона все зиачеиіе; только для ней онъ требуетъ доброд!тели въ своемъ идеальномъ государств!, а если низшій классъ народа худъ, безнравствеиенъ, то объ этомъ не стоитъ много и говорить.—Но вотъ является на землю Сыиъ Божій, и міръ впервые услышалъ эти великія слова: «блаженны иищіедухомъ... Пріидите ко Ми! вс! труждающіеся и об­ ремененные»... Христоеъ открываете иное царство, иное счастіе: богатство въ бѣдности, величіе въ слабости, вы- 72*