рафимка запрыгивала сначала на сервант, потом на аудиоколонку, вставала на задние лапы и по стеночке пробиралась до фото. Оно падало. Пришлось переставить фотопортрет в менее доступное место — на стену напротив внутренней лестницы. Казалось, теперь фотография в безопасности. Но нет, кошка запрыгивала на узкие лестничные перила, двигалась по этой наклонной тропе по направлению к стене, пыталась допрыгнуть до ламинированного снимка, срывалась, начинала сначала, опять срывалась и, наконец, оставила эту затею. На этом кошкина фото-эпопея закончилась. Серафима продолжала освоение дома, считая себя его полноценной хозяйкой. Залезала во все мыслимые и немыслимые места, сбрасывала, разбивала и гоняла по полу мелкие предметы. Любила в коридоре растянуться на коврике, вставив обе передние лапы в мой тапок. Когда кошка запрыгивала в стоящий на полу большой глиняный кувшин высотой почти 70 сантиметров, я нервничала: «Конец кувшину — обязательно разобьёт, вылезая». Вставила в него длинные стебли декоративного лука — не помогло. Вот она в очередной раз прыгнула внутрь кувшина, а я включила камеру смартфона, чтобы запечатлеть, как она будет из него выбираться. И увидела странную картину. От окна к горлу кувшина протянулось что-то вроде облака, по форме похожее на гигантскую кошачью лапу. Я заинтересовалась: «Какой интересный оптический эффект!» Объяснила легко — солнце высвечивает пылинки в воздухе. 30
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4