неизвестно чего («никто не поверит») и на всякий случай фиксировала камерой смартфона. У меня с детства привычка всё фотографировать по принципу «что вижу, то ловлю», ведь когда-то я занималась в фотокружке. Однажды, фотографируя крутящуюся вокруг себя Серафимку, через камеру телефона я обнаружила странные помехи — какие-то белые полупрозрачные сферы размером с теннисный мяч плавали в воздухе перед кошкой, мешали. Невооруженным глазом их не было видно, зато на снимке они зафиксировались. Я их назвала энергетическими шарами, встревожилась и удалила снимок. Похоже, я излишне осторожная. Постепенно Серафима стала вести себя так, словно не я взяла её в дом, а она меня в этом доме пригрела. В своей заботе она устраивалась на моих коленях, клала мне лапы на плечи и вылизывала шею. Это напоминало игру в дочки-матери по-кошачьи, т.е. кошкиматери. Я послушно сидела, размышляя, кто она в этот момент — «кошка» или «матерь», и какая роль у меня в этой игре. Не поняла до сих пор. Стены гостиной у меня наполовину обшиты вагонкой, выше — оштукатурены. Между ними горизонтально проложена доска вагонки, образуя узкую полочку на стенах для глиняных фигурок и вазочек. Туда я пристроила ламинированную фотографию мужа, кошкиного кумира, не подозревая, что она тоже энергетически заряженная. Чтобы добраться до неё, Се29
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4