моей нянькой. Манежей тогда не было, и Лесси не давала мне ползти в коммунальный коридор, залезать на диваны и кресла. Она хватала меня зубами за рубашонку и несла в безопасное место. Мне она позволяла таскать себя за хвост, заползать ей на спину. Когда я подросла, она гуляла рядом со мной, контролируя каждыйшаг. Когда Лесси не стало, бабушка купила двухмесячного Урана, называла его Урашкой и очень любила. Щенок быстро вырос и подружился со мной. Мне исполнилось десять лет, и, когда я с соседскими девчонками Ларисой и Ниной, носилась по лесу, лазила по горам на карьере, Уран всегда был рядом, так что ни родители, ни бабушка не волновались, зная, что я под охраной. Летом в жару мы с подружками иногда доходили до соседней деревни. Она была в четырёх километрах за лесом. — Смотрите, больничные идут! Опять в нашем пруду купаться будут. Вот бы им задать! — орал самый главный заводила, мальчишка с окраины. К нему бегом неслись все местные хулиганы и сопровождали нашу группу поодаль, но не приставали и не осмеливались задираться. — Как же, вон у них какой пёс большущий! Сам задавай! — орали мальчишки. А мы смело шагали по улице с верным охранником. Местные собаки при виде Урашки поджимали хвосты 203
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4