И в первый же вечер его потеряла. Нет, я была совершенно спокойна, когда Пряник крадучись, припадая пузом, как разведчик в степи, и шаря ушами, обнюхал весь дом и вылез пройтись по веранде. Я была спокойна, потому что знала, что он трусоват, непривычен к изобилию звуков и — нет, нет, отнюдь не герой, не способен на бесшабашные подвиги. Я оставила двери открытыми, включила планшет с недоправленным текстом сборника «Пушистые судьбы» и углубилась в работу… И вдруг, часа через два, спохватилась, что Пряника нет… Я вышла во двор. Неподалёку, на пьедестале из пеноблоков, сидела соседская кошка — равнодушно повела на меня жёлтым глазом, мол, ищи-ищи своего дурака, и продолжала высматривать мышь. Пряника не было. Я звала его, кыс-кыс-кыс-кала, шарила в траве, заглядывала во все уголки на дворе, но кот будто канул. «Ну вот ещё вздумал! — про себя негодовала я, — мне надо работать, а не за котом по кустам шариться!» Но всё-таки было тревожно. Я побежала к соседям, как следопыт, вглядываясь в засохшую грязь на дороге — не отпечатался ли лёгкий пряничный след, сбегала в лес, до хрипоты звала и звала его, коря себя за беспечность. И даже кинула объявление в местный чат… Вдруг вспомнила, как однажды мы потеряли кота прямо в квартире. Всполошились, искали его целый ве152
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4