переписи еврейского населения, сгоняли всех на окраину города. Стариков, женщин и детей вели по улице в сторону Бабьего Яра и там расстреливали. Немецкий офицер приметил среди них белокурую девочку и, подчиняясь какому-то порыву, вытолкнул ее из толпы на обочину. Может, похожа была она на его дочку или что-то другое взыграло в душе нациста, но девочка избежала участи остальных. Она сразу затерялась среди людей, сопровождавших вереницу обреченных. Это были родственники смешанных интернациональных семей, которые провожали родных, надеясь на чудо. Они не дали девочке пропасть. Она выросла, стала художницей. И вот, подумать только, чудо спасённой жизни смотрит на новорождённых Москвы с этой медали. Ещё одна памятная книга передо мной. «Очерки по истории камня» академика Ферсмана, открывшие мне мир минералогии. Но вспоминается при взгляде на эту книгу другое: замечательная женщина Евгения Иосифовна (Геня). Это снова эхо войны. Встреча с хорошим человеком — всегда подарок судьбы. В доме у Гени я остановилась на несколько дней во время одного из своих путешествий. Геня — пожилая дама лет семидесяти, веселая, подвижная, с лицом, словно излучающим свет. Утром она уже на ногах, занимается уборкой, орудует шваброй. Одета не по-рабочему и домашнему, а как в кино — в соответствии со своим европейским воспитанием: Геня родилась в Польше задолго до войны. Она орудует шваброй, 69 ОПАЛЁННЫЕ ВОЙНОЙ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4