молча скинула парусиновые тапки, протиснулась между отцом и древним шифоньером, отгородившим угол комнаты, и присела на скрипучую кровать. Отец шагнул за ней: — Ты де была? Нощь на дворе, мать извелась. Ну, Зорька, смори! Вот сыму ремень и… — Отец, охолони, — вмешалась мать, — какой ремень? Она ж не девка сопливая уже. — Кто он? Кто таков? — допытывался суровый родитель. — Уже доложили? Да Семён это! Наш, деревенский. Мы два года не виделись, а послезавтра он на фронт уходит. Я пойду его провожать! — твёрдо заявила Зоря. — Сенька? — переспросил отец. — Крюковых будет? — А вы, папа, никак забыли, кто это? Сейчас, поди, не здесь бы сидели, — всхлипнула Зорька. Отец замер на мгновение, плечи опустились, голова поникла, и весь он стал похож на глубокого старика. Нет, он ничего не забыл. Разве забудешь, как в тридцать пятом году пришлось бросить крепкое хозяйство, дом, семью и бежать в Москву из родного села Бачурино, что в Тульской области. В одночасье, ночью, без документов. Сколько мыкаться пришлось по Москве, пока троюродная сестра по матери, занимавшаяся тёмными делишками, пристроила в каморку в полуподвальном помещении. А если бы не Сенька… 14
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4