— Лен, а хочешь я докажу тебе, что есть горючие жидкости, и ими не только нельзя огонь затушить, а наоборот, можно поджечь что-нибудь? — Ну попробуй, докажи, — она ехидно заулыбалась. Я достала с полки в ванной папин одеколон, налила немного в мелкую стеклянную баночку из-под икры и подожгла. Спирт загорелся красивым голубым пламенем, по кухне распространился тонкий запах «Шипра», а у Ленки от удивления и ужаса глаза округлились и стали похожи на пятаки. Я в запале, стремясь сразить её наповал, схватила баночку с горящей жидкостью и, держа её над головой как факел, стала потихоньку размахивать ею, напевая известную тогда песню: Гори, огонь, как Прометей, Гори, огонь, как Прометей, И для людей ты не жалей Огня души своей! Я стояла у окна, совершенно очумевшая от восторга и радости победы. Дальше было всё, как взрыв гранаты: пламя нагрело баночку, обожжённая рука выпустила её, она упала, разбилась, и горящая жидкость разлилась по всему подоконнику, грозя поджечь занавески. Мы метнулись к раковине и посуде, хотели набрать воды, но наткнулись только на тарелки, блюдца и небольшие кофейные чашечки. Ленка схватила первое, что попалось, — тарелку, набрала в неё немного воды и вылила эти капли в пламя. Бесполезно! Она ис170
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4