ные — до плеч, на голове — яркий оранжевый берет из толстых шерстяных ниток, а на шее — такой же шарф. В целом он смахивал на художника, но представился музыкантом и сказал, что у него дома есть старое пианино его родителей, которое он с удовольствием показал бы нам, если бы мы согласились пройти к нему домой. Я обрадовалась, а папа махнул рукой и согласился. Мы шли очень долго, ноги мои устали, и я начала подвывать: — Папа, ну когда мы уже придём? Я хочу в туалет и кушать! — Какая у вас капризуля, — сказал музыкант. В этот момент он показался мне противным. — Ничего не капризуля, — заступился за меня папа. — Просто мы с утра на ногах, и она действительно устала, а вы, господин хороший, сказали, что живёте близко, а мы уже идём двадцать минут! — Мы уже пришли, — оправдываясь, застрекотал неприятный музыкант и показал дом напротив. — Хотите, зайдём в магазинчик и купим что-нибудь девочке, а чай я вам обеспечу. Мы купили булочки, зашли в подъезд и поспешили на третий этаж по лестнице — лифта не было. Квартира была большая, многокомнатная, и соседей тоже было много. — Видите, — приговаривал музыкант, — как тут музыкой заниматься? Соседи возражают. 157
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4