и неизбежно терялись, разочаровывались и падали, не в силах достигнуть высот, на которые их манил великий Маэстро. Тем временем прежние картины Маэстро теряли свежесть и новь, их затмевали полотна новых художников, новые имена зазвучали в мире искусства. Маэстро же не рисовал, а продолжал настойчиво требовать от учеников раскрыть свой талант, но таланты не раскрывались. Перепачкав бумагу, ученики возвращались к своим повседневным делам, забывая о вдохновенном рвении стать великим художником. И Маэстро взмолился богам, стоя на холме у огромного Дуба. И зашумел Дуб листвой, и Маэстро услышал ответ, идущий от самых истоков: — Каждый должен делать своё, то дело, что ему предназначено. Художник — вдохновенно писать картины, столяр — изготавливать мебель, поэт — сочинять стихи, учитель — учить. Пиши картины, и люди сами начнут приникать, постигать глубину, ширь и суть, а потом понесут применять это знание в свою повседневность. Каждый счастлив делать лишь то, что у него хорошо получается. Маэстро разгневался. Кто смеет его упрекать в неумении научить такому простому, понятному ремеслу! Бери да пиши на бумаге картины! Изливай вдохновенно сюжет на поверхность холста! Каждый сможет, если захочет! Багровый от злости, он ломал ветки, рвал Ясна Малицкая 76
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4