96 не знаем ваших любимых блюд – уж чем богаты», – сказала девушка и поставила ужин перед Волосковым. Богаты в Доме творчества оказались радужной форелью, запечённой в фольге, несколькими кусочками коньячного сервелата, воздушным творожным пудингом, пирожным Буше и дымящейся чашечкой кофе. Фрукты уже заранее стояли на столе, а в баре находился набор всевозможных напитков. «А жизнь-то, кажется, удалась!..» – улыбнулся Волосков, приступая к трапезе. Перед сном он выпил рюмочку Текилы из бара и сомкнул очи. Проснулся Волосков в самом хорошем расположении духа, сделал зарядку, принял душ. Заметил в прихожей листочек с распорядком дня, из которого узнал о времени завтрака и нахождении столовой. Вышел из домика, светило солнце, пели птицы. Было пустынно – так – одиночные встречные. В столовой гостя встретили словами: «У нас тут «шведский стол» – так что выбирайте сами. Набрав целый поднос снеди, Волосков очень скоро понял, что всё это ему не съесть. Но – глаза страшатся, а зубы пережёвывают. Наконец, завтрак был завершён. «Скажите, как мне пройти в библиотеку?» – спросил он у одного из распорядителей столовой и сам усмехнулся хрестоматийности вопроса. «А вот прямо по аллее Пушкина – там она и будет в самом конце» – объяснили ему. Но как ни хотелось Волоскову взглянуть на библиотечную вывеску, пришлось сделать остановку и присесть на скамью. «Нет, – подумал он, – больше я так плотно завтракать не стану». На скамье лежал блокнотик. Сперва Волосков подумал, что кто-то из писателей его забыл, но потом догадался, что блокнот здесь для каждого, кого застигнет вдохновение, поэтому взял и написал на первой страничке: Из столовой еле-еле я по пушкинской аллее шёл, но увидав скамью, сел, как будто бы в ладью, и плыву… Куда ж мне плыть?.. Но слово «библиотека» никак не вворачивалось в строку, и Волосков, великодушно положив блокнотик на прежнее место, встал и зашагал дальше.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4