147 Бытовые условия жизни горожан начинённый кашей, свиная голова с хреном, свиная домашняя колбаса, жаркое, медовые пряники, колядки, ломанцы с маком и мёдом, взвар. Обильную трапезу освещали ёлки с зажжёнными свечами. Популярным местом массовых гуляний была Ямская слобода, в Воксальной (Вокзальной) роще, которая позднее была вырублена жителями и квартировавшими в Солдатской слободе полками. В гулянье участвовали жители Ямской и Солдатской слобод. Из города приходили посмотреть на большой праздничный хоровод. Ямщики надевали синие кафтаны, шляпы украшали бархотками, вышитыми золотом, павлиньими перьями, искусственными цветами. В это время здесь обычно давал представления кукольный театр, были традиционные персонажи, развлекавшие гуляющих: «Танцор из дремучих лесов со своей козой». «Танцор из дремучих лесов» — это медведь, а его поводырь наряжался козой. Суть представления состояла в том, что движения медведя, сами по себе не смешные и ничего не значащие, комментировались его поводырём, обычно они и вызывали восторг зрителей. Гулянья бывали здесь в июле месяце, в день празднования иконы Казанской Богоматери. Иногда в этой роще устраивали гулянье гимназисты, это были так называемые майские рекреации, с весёлыми играми. Гимназисты устраивали свои гулянья и вблизи оврага Чертовье, который простирался от Ямской слободы до слободы Быковки. В Марьиной роще устраивали свои гулянья семинаристы. Они приносили с собой огромный запас пирогов, калачей, разного рода квасы. Играли в мяч, другие игры, иногда они приходили и со своим оркестром. Массовые гулянья проходили и за Клязьмой, недалеко от Живого моста. Это тоже были гулянья «низшего» класса: мещан, дворовых людей, кухарок, цеховых. Отличительный характер этого гулянья — песни, хороводы и пляски. Пели народные песни: «Не белы‑то снежки», «Как по морю синему», «Во лузях» и другие. Гуляющие на городском бульваре могли сверху любоваться зрелищем заклязьменского луга, покрытого гуляющим народом. Гулянья в день Иоанна Предтечи (Иванов день) в июне месяце бывали за Лыбедью. Это гулянье бывало самым многолюдным, в нём участвовали все сословия. Вот как описывает его В. И. Доброхотов: «Ни при одном гулянье не устраивается так много шатров или палаток с лакомствами и винами; нигде не пахнет так маслом, как здесь, где лакомства всяких родов до гречневиков, блинов и пышек, из которых последние пекут даже на месте гулянья, чего в других местах не бывает. Здесь нет ни реки, ни ручья, словом капли воды. Но зато много вин, водок, сивухи, пива, мёду, квасу и грушевого, и яшного, и простого, которые разносят в вёдрах и бочонках, конечно, всё это за деньги; да кто же пойдёт на гулянье без денег, когда без них и в городе житья нет. Бубны, скрипки в 50 к. серебром, балалайки, гармонии — всё это стучит, скрипит, гудит вместе с песнями и пляскою. Веселье! Более осторожные гуляки, показав себя в центре гулянья, чинно, благопристойно сходят со сцены. Но посмотрите на них в овраге или где‑нибудь вдали от гулянья — чудеса творят, при звуке стеклянной музыки, составленной из бутылок и другой посуды. Те из отдалённых частей города, которые имеют у себя на Залыбедской стороне, самой ближней к месту гулянья, родственников или знакомых, расходятся пораньше и делаются у залыбедских домохозяев гостями, где в домашнем кругу проводят с приятностию время до самой ночи». Одно из мест гуляний владимирской публики — бульвар, который начинался от Владимирской часовни и продолжался до южной оконечности горы, где был построен павильон. Здесь гуляли «чинно, можно сказать, обдуманно, с расчётом» — как писал тот же В. И. Доброхотов. В павильоне, где играл оркестр квартировавшего во Владимире Бородинского егерского полка, устраивались танцы.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4