Чёрный кот и стихи Ночь. Да какая там ночь. Она скорее, здесь. 23 часа или, если желаете, 11 вечера. Ночь в заводе вовсе не украинская и отнюдь не тиха. Гудят калориферы. Ночью калориферы гудят, а днем мужички. Хожу под дежурной лампой дневного света. Читаю стихи Леонида Мартынова, одного из моих любимых поэтов. Не сразу восхитился я Мартыновым. В журналах и альманахах порою попадались странные стихи с плотным содержанием. Стихи состояли из каких-то треугольников, составленных один над одним. пожилой Мартынов почему-то напоминает мне моего отца. Тот же большой бугристый лоб, нос "картошкой", густые волосы. Молодой Мартынов многим напоминал Д.Лондона. Мартынов написал много стихов. Они влекли меня лично каким-то внутренним густым содержанием и неяркой, но особой формой. В юности мне так хотелось приобрести в личное пользование книгу Л.Мартынова. Едва ли не первым делом, по прибытии из армии, взял я в библиотеке два тома стихотворений крупнейшего нашего поэта, и сладостно стал вчитываться в ритмизованные и рифмованные строки. Книги Мартынова стали появляться в моей библиотечке только в конце 80-х годов XX века. Сытные, дающие пищу не только сердцу, но и уму, строки Мартынова завораживают не красивостью, не строгостью и не стройностью, а чем-то иным, прочим. Вот и сегодня на дежурстве со мной Мартынов: Замечали - По городу ходит прохожий? Вы встречали - По городу ходит прохожий, Вероятно, приезжий, на нас непохожий? Хожу, брожу от ворот до ворот. В окнах виден падающий снег Скоро за лопату придется взяться, а то под утро тяжелее будет. Сам себя за решетку запер. 200 шагов туда, 200 обратно. Есть у Роберта Рождественского поэма под названием "210 шагов". Это дистанция почетного караула у Мавзолея Ленина. Итак, стихи читаю. Артистично, нет ли - не мне судить. Слушателей у меня нет. Но вот сквозь гул моторов послышалось не42-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4