69 – Послушайте, мне прямым текстом сказали, что я либо в коме, либо под действием наркотиков. Я не знаю, реальны ли вы, правдивы ли ваши слова. Чем докажете? Отис расплылся в добрейшей улыбке и спокойно ответил: – Дако сеют сомнения, чем проверяют и закаляют ваш разум. Мой совет – ни в чем не сомневайтесь. Вне работающего Кубоса все – правда. Она познается чувственно. Правда – на уровне ощущений. Ее не надо подкреплять аргументами, доказательствами. Просто делайте, что должно. Постулаты о правде были выделены особой интонацией. Это не озадачило, а еще больше раздражило, несмотря на несомненную мудрость произнесенного. – Я не буду делать то, что вы хотите, – заявил Мэт и вышел через стену к шеренгам сервилидов, последние же слова оказавшегося снаружи Отиса громко раздались над его головой: – Идите, скрывайтесь, бунтуйте. Но я не единственный, кто спросит вас о цене обиды. А в следующий раз придется отвечать. Когда вы обнаружите себя полностью разбитым гденибудь на пустыре голубиной взбалмошности и поймете, что наступил конец, простите ли вы себе отказ помочь всему человечеству?.. Мэт теперь уже довольно быстро двигался через ряды охранников, грубо их толкая и выкрикивая ругательства. Разозленный, он не хотел сдерживать свои эмоции, гнал прочь мысли об Отисе и его словах, не оборачивался, чтобы посмотреть, насколько далеко отошел от Кубоса, а просто направлялся прямо – в ожидании перемен. Как он желал выбраться отсюда, увидеть что-нибудь другое вместо многократно копированной осточертевшей мертвецкой физиономии! Его злоба стала проходить, когда шеренги заметно поредели. Расстояния между рядами увеличивались, и вскоре Мэт вышел к пятнадцати сервилидам, через сотню футов от которых было четырнадцать белолицых. Неужели армия наконец-то останется позади?! Постепенно ускоряя шаг, Мэт считал количество охранников, оно убывало. У него возникло сомнение, а в правильном ли направлении он пошел, не возвращается ли в сторону Маяка. Но очевидный факт развеял неуверенность: он поднимался в гору
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4