60 Нефас подошел вплотную к синему фону и начал кивать, всматриваясь в лица. – Хотите воспользоваться сапиеноскопом? – спросил господин в черном. Мэт не знал, что ответить. Его мучил огромный соблазн, но в то же время отрезвляющая паника заставляла быстрее уйти от чудного старика. Лицо Мелинды прямо перед ним. Этот прибор нужен, чтобы ее образ продолжали убивать! – Ну, вам нечего бояться, – говорил Нефас. – Использование сапиеноскопа еще никому не навредило. Тем более вы уже знаете, кого хотите узреть. Глядите-ка, вы его почти включили. Он показал на пол: правая ступня Мэта наполовину находилась в прочерченном белом квадрате, который тот не заметил, когда приблизился к окну. Очевидно, требовалось полностью войти в квадрат, чтобы сапиеноскоп заработал. – Наблюдение ведется в реальном времени? – Мы с вами по-разному воспринимаем время, поэтому ответьте сами на свой вопрос по мере просмотра, – распевно ответил господин и с приглашающим жестом отодвинулся от синевы. Раздираемый сомнениями, Мэт шагнул вперед. Он решил, что не простит себе, если не попробует. А при любом неприятном ощущении, при малейшем подозрении на проникновение в его память он просто отойдет. Когда эти рассуждения закончились, Мэт увидел, как россыпь лиц пропала и изображение Мелинды стало шириной во все окно... Она, задумчивая, сидит за столом и изредка поднимает глаза. Как удивительно! Это точно не воспоминание, потому что в ее чертах заметные перемены. Нет, Мелинда совсем не постарела. Все дело в глубокой печали, которую Мэт никогда не заставал на лице любимой. Наверное, именно из-за нее теперь оно еще красивее. Перед Мелиндой открыта тетрадь, но на листе записей нет. Солнечные лучи пляшут на ее волосах. Они спешат через большое окно с видом на стадион, окруженный несколькими одинаковыми многоэтажными домами. Где она находится? Как только Мэт задал вопрос, изображение поменялось. Сапиеноскоп показал просторную аудиторию, напол-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4