48 Мэт берет Лин за руку, и они убегают к причалу. По-прежнему не произнесено ни слова. На фоне чистейшей воды Мэт целует любимую. Потом, достав кольцо, он становится на колени. Мелинда сразу опускается на свои. Безумный дождь колотит по ним, но они видят слезы друг друга. Одно доверяющее лицо напротив другого такого же – вот что важно. Стихия это понимает и ограждает их от остального мира; Адад, Мардук дождя, благословляет самых счастливых на Земле. Свое согласие Мелинда дает новым поцелуем... – Нам пора. – Я не пойду, – выдавил Мэт, открыв глаза. – Вы должны идти, – резко ответил Кловис. – Я занят. Некоторое время Кловис молчал, а Мэт не хотел оборачиваться. – У Дако много дел, как и у нас. Никто не будет ждать, пока вы натешитесь, ковыряясь в своей памяти. – Вы не знаете, о чем говорите! Мэт зажмурился, чтобы продолжить, но рука Кловиса вцепилась в его плечо: по принуждению – тяжело и с болью – веки поднялись. Ненавидимые горы уже сменились дотошным туманом, ползущим по скалам, а Кловис по привычке бежал впереди. Медленно переставляя ноги, морально разбитый, Мэт пошел за ним. Образ вымокшей Мелинды еще оставался в его сознании; милое лицо съедали набирающие новую силу размышления, которые совсем истощили Мэта до погружения в самое светлое воспоминание. Они касались слов Ахатеса. Не было счета вопросам в разрывающейся голове Мэта... Что значит «эссенция уникальна»? От кого Дако получил сведения о его появлении в Доминиуме? Почему он лучший из землян? Он, не прочитавший ни одной молитвы, никогда не бывший в церкви, не говоря уже об остальном. Неужели эссенции праведников, альтруистов, благодетелей и просто совестливых людей не уникальны? Почему они все кричат, а он – не кричал? Как он сможет мириться с этим ужасом, заняв место Дако? – Мне нужно принять седальгетик! Мэт, найдя последние силы, догнал Кловиса.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4