37 щины так часто, что они мерещились ему на ледяных камнях и снегу. И нервно думал. О сервилидах, которых видел рядом с Отисом и за полиэтиленовыми стенами. Все они когда-то были людьми. Жили, радовались, любили. Да, каждый по-своему, но они чувствовали Жизнь! А потом оказались под своими иглами. Сервилиды. Кто вообще придумал это слово? Сколько их на Трех Планетах? На грандиозных объектах и механизмах, скрытых от глаз? Вдалеке красная точка быстро спустилась с крутого склона и замерла прямо напротив Мэта. За секунду до того, как он услышал знакомый голос, точка исчезла. – Нам пора. Это был Кловис. Они пойдут к Дако. В очередной раз Мэт наблюдал, как сопровождающий прыгает по шершавым камням, словно брезгуя идти рядом с ним. Поспевая, Мэт выбирал из безразмерной копилки вопросов тот, который задаст хозяину Маяка. Может, спросить о его слугах? Кто они на самом деле – дружелюбный Отис, неразговорчивый Кловис, хладнокровный Ахатес? Где они родились – на Земле или здесь? Если на Земле, то почему они не стали сервилидами? Нет. Конечно, это интересно, но сначала надо узнать о чем-то более важном. Дако, казалось, вовсе не сдвинулся с того места, где стоял. Теперь его глаза источали кромешную черноту, а на губах играла странная улыбка. Увидев Мэта, он быстро заговорил: – Обращение перерожденного в сервилида – это несправедливо, по твоему мнению. Почему ты так считаешь? Мэт ненадолго задумался над вопросом и над ответом на него. – Люди заслуживают лучшей участи после смерти. Свои жизни они проживают, трудясь и веруя, не для того, чтобы стать живыми роботами в идеальном, но злостном мире. – Далеко не все на Земле трудятся и веруют. Ты так ничего и не понял. Дако кивнул в сторону узорчатой стены, и Мэт с уколовшим чувством заметил того, кто был третьим внутри купола. Белолицый работник в серой робе сделал два шага вперед.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4