255 жизни, какой бы ни была, могла трагически оборваться вдали от людей. «Я не оставлю его в любом случае, не брошу человека на пустынном зябнущем поле», – подумал Мэт и сказал не слишком громко: – Просыпайтесь. Давайте-ка. Я помогу вам. Пойдемте со мной. Неподалеку больница. – Отец? – устало прошептал мальчишка, приоткрыв глаза и с горем пополам различая окружающую обстановку. – Нет, дружище, я не твой отец. Скоро дотянем до города, до телефона и сразу начнем поиски твоих родителей. – Нет, – надрывно раздался протест, но спустя полминуты сменился вынужденным согласием: – Телефон в кармане. – Как тебя зовут, друг? – Эмиль. У него не получалось опереться на ладони или локти, на ногах он и подавно не держался бы, поэтому Мэт одной рукой обхватил Эмиля, другой потянул его за рукав и в буквальном смысле взвалил беднягу себе на спину. Мобильный сам выскользнул из кармана полушубка. Черное зеркало экрана никак не включалось: заряд иссяк. «Пусть телефон пока будет при мне», – решил Мэт. – Гитара?.. Я ее потерял? – Она на тугом ремне и не свалится с твоей спины. Каждому своя ноша. Куртку мою не жалей, пальцами цепляйся, если можешь. После этого Эмиль ничего не спрашивал и, кажется, не шевелился. Лишь иногда его сиплые судорожные вздохи многострадально возвещали о том, что какой-то серьезной проблемой он был ввергнут в притяжение мерзлой чужбины. Проблемой, связанной с чем-то сугубо индивидуальным, личностным. Полусогнутый Мэт, не меняя выбранного направления и глядя не под ноги, а на горизонт, шагал с осторожностью через океан склизких комьев, готовился с минуты на минуту обрадовать Эмиля новостью о первых узнанных по солнечному гостеприимству крышах. Ему полегчает, когда он услышит, что близка
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4