225 Последние щипки боли в груди и голове. Как пара маленьких летучих мышей, вознамерившихся прервать баловство и попытать счастья на ином прямоходящем, она унеслась в неизвестность. Никакой нервозности из-за Ойноса и его тяжелого характера. – Мне жаль, что вы обратитесь в сервилида. Спасибо за ваш труд, – честно произнес Мэт, стараясь не звучать цинично. Господин в серебряном был готов изречь язвительную реплику; Мэт без промедлений забрался в ящик и лег на спину, это вынудило Ойноса смолчать. – Я назову вам свой земной адрес. Думаю, такие данные нужны для ввода через дисплей. – Я все знаю, великий властелин, – откликнулся Ойнос. Злой блеск его больших коричнево-карих глаз. Господин в серебряном захлопнул крышку. Потаенные щеколды автоматически сработали в беспросыпной тьме. По плавному шороху и легкому дуновению Мэт догадался, что воздух подает вентилирующая микросистема. Очевидно, она выключится, когда тело и сознание окажутся вне Доминиума. – Скоро увидимся, Лин. Точно. Дисплеем занят Ойнос или кнопками – не слышно. Все-таки на каком-то этапе музыка должна заиграть, иначе почему изобретение прозвали Трассой Аккордов. Смежив веки и не шевелясь, Мэт приготовился. В принципе, тут даже уютно. Ни подрагиваний, ни гудений, ни других признаков ускорения. Но что-то начало происходить – за мгновения до того, как способность ощущать тело утратилась. Милое, наставническое лицо Мелинды, поощряя гаснущими лучами свободолюбивый пожар предвкушений и чувств, обуявший Мэта, стало заслоняться все более четкими картинами, которые возникали абсолютно против воли: недобрый остров, одиноко продолжавший быть обратной стороной пристани, белые горы и серость над ними, башни-титаны Главного сектора, клыки пещерного рта и работник с гематитовой скульптурой, сумбурные чудовища, плескающиеся в тумане. Прощай, планета Аин... Впереди лишь тьма; Мэт же понимал, что за его затылком,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4