208 было ниже, остервенелыми молниями, которые смахивали на беснующиеся росчерки смертоносного пера. Теплый ветер обернулся свистящим штормом, молнии хлестали по вершинам каменных столбов; не осталось чудных крупноголовых существ на них, как и разноцветных облаков, прежде проплывавших между гигантами-столбами. Там, где эти облака ранее переплетались, теперь наэлектризовывалось бирюзовое сияние – его собственные молнии появлялись и расцарапывали не верх, а низ, подтачивали у столбов невидимые части. Несмотря на проблемы с обозрением и молниеносные залпы, Говард продолжал путь по небу. Бесполезно обращаться к нему: грохот, свист, шум раскалывающегося камня перекрыли бы голос Мэта. Чем дальше по тракту – тем шторм ожесточеннее. Без каких-либо дождевых капель, но с яростью воздуха и ползущими убийственными автографами Сатаны. А если один попадет в идеальное тело? Мэт подумал об этом, различая шарообразную постройку. Снижение – и он, объятый страхом, достиг изрезанной, усеянной камешками поверхности нужного столба. Строение же выглядело невредимым. Исправен ли сапиеноскоп?! Мэт подался вперед, оставив Говарда чуть позади, однако повелитель не собирался размещать помощника снаружи и повернулся, чтобы позвать того за собой – внутрь. Фатальная вспышка ударила в сервилида, сшибла его с вершины столба. – Говард! – заорал во всю силу Мэт и стрелой бросился за ним в испещренную молниями бездну бирюзы. То ли казалось, то ли действительно – роба сервилида была охвачена дымом. Обездвиженный, Говард быстро отдалялся, точно игрушечный солдатик, выкинутый кем-то с высоты Вавилонской башни. – Лети ко мне, Говард! – истерично вопил Мэт, слыша хлопок за хлопком и чувствуя жар камней, которые навалились ему на спину. Падение могло стать бесконечным, из-за чего шла кругом голова. Пелена отвязалась от пояса – молнии сразу ее изгрызли. Мэт неотступно повторял имя сервилида, когда обильный
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4