59 Стоит оценить смелость иностранца, недавно прибывшего в Россию, не имевшего ни сильного покровителя, ни определённого будущего, который рискнул писать портрет опальной княгини Дашковой. Да ещё написать его таким, что он явно вызывает сочувствие к ссыльной княжне. Павел I был не просто зол на княгиню, соучастницу в убийстве его отца императора Петра III, он был разъярён и насылал на неё репрессии одну за другой. Мало кто мог выступить тогда поддержкой Дашковой. Ну вот разве только родственники княгини и пару человек, которые помогли ей по дороге в ссылку. А Тончи посмел! И последствия могли быть для художника трагическими, хотя всё и обошлось… Портрет Фёдора Николаевича Голицына При Павле I никто не мог поручиться даже за завтрашний день. «...несносно стало служить, а особливо военным. За малые проступки следовали оскорбительные и почти честь трогающие наказания, беспрерывные аресты или посажение в крепость гвардии офицеров» (Князь Ф. Н. Голицын) (165). Каждое утро, от генерала до прапорщика, все отправлялись на неизбежный вахтпарад, как на лобное место. Никто не знал, что его там ожидает: быстрое возвышение, ссылка в Сибирь, заточение в крепости, позорное исключение со службы или даже телесное наказание… Офицеры, отправляясь на парады, брали с собою деньги, так как никто не знал, вернется ли он домой или прямо отправится в ссылку. Почти в каждой семье в России кто-то сидел в тюрьме или отбывал ссылку. Портрет Василия Даниловича Лаптева, Джордж Доу. 1825
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4