54 редкую по сезону провизию для моего стола …крестьянки приносили мне каждый день яйца, блины или пироги для того только, чтобы меня увидеть и собственными глазами убедиться, что я жива». А когда княгиня пыталась выяснить, почему они так привязаны к ней, хотя имения уже несколько лет перешли к сыну Дашковой, они отвечали: «За время твоего управления нами мы разбогатели и сделались счастливыми и ты воспитала и нашего батюшку – князя в таких же правилах; хотя он и повысил оброк, но он всё-таки начительно меньше оброка, который наши соседи платят своим господам»(145). «Неожиданное, наивное и задушевное выражение любви этих добрых крестьян, никогда не знавших меня... осчастливило меня», – напишет позже Екатерина Романовна (146). Вскоре опальную княгиню посетила Воронцова с дочерью, которая была вдовой дальнего её родственника. «Эта почтенная женщина сочла своим долгом оказать мне внимание с благодарностью за моё попечение о ея сыне. Она поручила его мне, когда ему было семь лет, и я воспитывала его до шестнадцатилетняго возраста, когда он поступил на службу с чином майора; его нравственныя качества, хорошее поведение и нежное отношение к матери являлись ея утешением в жизни. Она поселилась в соседней избе и провела со мной целую неделю»(147). В самом начале 1797 года в Коротково заезжает Фёдор Петрович Лубяновский. Он так описывает свои впечатления: «…в крестьянской избе, в опальном одиночестве, в длинном мужском сюртуке из серой байки, с подобием чепца на голове, со щитом на груди – звездою ордена Екатерины от внезапной напасти, в страхе и чаянии грядущих. Неописано утешенная неожиданным посещением…»(148) Князь Репнин, двоюродный брат Дашковой, посланный Павлом для усмирения бунта в этой губернии, тайно присылает княгине письмо через сельского священника из соседнего маленького села. В этом письме он предлагает Екатерине обратиться за милостью к императрице. Дашкова долго сомневается, не может усмирить свою гордую натуру. Хоть и переживает за свою дочь, за мисс Бетс и своих людей: «…они, пожалуй, мучились больше меня, так как переносили эти невзгоды из-за меня»(149). Но затем, переговорив с местными, она узнаёт, «что в конце апреля при таянии льда и снегов река разливалась на две версты кругом, и что, за неимением плотов и паромов, её переезжали только на маленьких лодочках». Она понимает, что весенняя распутица отрежет их от всего мира, в том числе и от медицинской помощи. И, наконец, решается написать письмо императрице Марии Фёдоровне, в котором попросит разрешения переехать в свою Калужскую деревню Троицкое. В этом же пакете она отправляет и незапечатанное письмо Павлу I. Реакция императора была мгновенной и яростной: Павел направляет гонца с указанием усилить контроль в избе Воронцовой и держать её в большой строгости.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4