— 9 Нет сомнения, что все монастыри хотели быть феодалами, но удалось это далеко не всем. Чтобы это реально осуществилось, нужна была сумма благоприятных условий разного характера. Как и почему в монастырь попадали вотчины, это мы видим на примере Троице-Сергиева монастыря (см. Труды Музея, вып. VI—VII). Очень показательна в этом отношении история землевладения Данилова монастыря, одного из поздних здешних монастырей. В 1508 г., когда он был основан, в Переславле и его окрестностях были десятки монастырей всякого ранга. И тем не менее этот поздний монастырь с'умел стать в разряд самых зажиточных и богатых монастырей города. Достигнуто это было связями с Московской знатью, а затем с московским велико-княжеским двором. Основатель монастыря игум. Даниил, крестный отец Ивана Грозного, при своей жизни Сумел обеспечить монастырь весьма основательно. Это, так сказать, в порядке вещей В дальнейшем вследствие запрещения дарения и покупки вотчин в монастыри, казалось бы, расширение монастырского землевладения должно остановиться. Но Данилов монастырь после некоторого перерыва развил самую горячую работу по добыванию себе новых вотчин. За время с 1685 г. по.1695 г. за десять.лет он приобрел одно село целиком, жеребий в другом селе, 5 деревень и 8 пустошей, где только одной пашни было по 927 чет. в поле, или 1390 десятин, не считая луга и леса. Достигалось это оффициально путем „мены“, не запрещенной уложением 1649 г. Мена эта была оригинальная. Обычно монастырь отдавал в обмен меньшую и худшую часть своей земли за лучшую и большую. Так на 3 чет. земли в пустоши выменено сельцо, деревня и пустошь с 72 четв. пашни и с крестьянами. Но и эта поступавшая в обмен часть земли обычно оставалась за монастырем яко-бы за денежный и хлебный долг. Крестьяне в этих случаях переходили во владение монастыря взамен мифических „беглых" монастырских крестьян, живших ранее у владельцев менявших землю. По этому все меновые записи сопровождаются заемными письмами, писанными в тоже время, тем же годом и числом. Относительно этих документов С. А. Шумаков в своем „Обзоре грамот“ (IV, № 1103) сделал такое замечание; „Очень путаная вообще и оригинальная терминология записей Данилова монастыря, форма и •содержание. Наиболее, видно, искусившийся 'в обходах закона и плутнях монастырь. Взять хотя бы бессрочное владение за заемные деньги и хлеб. Что это такое: заклад, заем, кортома, или /купля-продажа?"... Ясно, что это были замаскированные вклады в монастырь. Царской жалованной грамотой 1695 г. все эти мены на ряду с другими вотчинами были закреплены за монастырем.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4