198 Герои земли Муромской из винтовки, немецкие самолеты достать было практически невозможно. Сбить или остановить бомбардировщики и истребители могли лишь зенитчики. Они и сейчас встретили незваных «гостей» плотным заградительным огнем. В дни октябрьских боев на счету зенитчиков орудия расчета № 981, которым командовал ефрейтор Лаврентьев, уже насчитывалось пять уничтоженных самолетов врага. В девять часов утра на позицию дерзкого десанта, по данным разведки, вылетели 27 «Юнкерсов». Краснозвездной авиации перехватить их на подходе не удалось Ведь основные силы были переброшены на другой плацдарм. Весь удар пришелся по обороняющимся войскам и прежде всего по расчетам зенитной батареи. Земля превратилась в настоящий ад. Небо смешалось с землей, а день — с ночью. Но орудие Лаврентьева продолжало стрелять по самолетам даже тогда, когда из целого расчета в живых остался он один. Выполняя приказ командира, не допустить авиацию врага на объект, вел огонь до последнего. Зенитчикам удалось с честью выполнить приказ, хотя и далось это страшной ценой. Они сбили два вражеских самолета в этом бою. Сумев метким и плотным огнем разрушить боевой порядок немцев, они все-таки заставили беспорядочно сбросить свой смертоносный груз, куда попало. И поспешно вышли из зоны артиллерийско-зенитного огня. Бомбы, предназначенные для защитников Букринского плацдарма, по большей части высыпались в чистом поле и на головы зенитчиков. Но, главное, приказ был выполнен. — Когда мы с командиром части прибыли к позиции орудийного расчета, то увидели, что никого из бойцов не осталось в живых, а сам ефрейтор Лаврентьев был убит на своем боевом посту осколком вражеской бомбы. В его руках был намертво зажат очередной снаряд, подготовленный для фашистского стервятника, — вспоминал о последнем бое героя заместитель командира воинской части подполковник Хитрук. Ну, кто бы мог подумать или даже представить перед войной, что скромный средних лет бухгалтер из Муромской артели «Галантерейщик» Павел Григорьевич Лаврентьев способен на подобный подвиг! Мог бы укрыться в окопчике, вырытом его же расчетом рядом с орудием, и переждать самое страшное время, когда враг начал бомбить зенитчиков. И жив бы остался.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4