А.В. Кукин 103 кровью горы. Казалось, победа достигнута. Приказ выполнен. Но радоваться победе было еще очень рано. От командира батальона пришел приказ о необходимости немедленно выдвинуться на левый фланг горы, откуда японская артиллерия в упор расстреливала вторую танковую роту батальона. Резко сменив направление атаки, рота Кукина стремительно двинулась на левый фланг наступления. Японцы, увлеченные боем, прозевали продвижение противника с тыла и были немедленно наказаны. Почти все орудийные расчеты погибли от пулеметного огня танков. Ворвавшись в расположение врага, кукинцы в упор расстреливали расчеты артиллеристов из пулеметов до тех пор, пока последний из них не был уничтожен. Танкисты прорезали оборону врага и двинулись вперед по направлению к реке Халхин-Гол, спустившись с горы Боян-Цаган. Командир приказал остановиться, чтобы хотя бы сориентироваться, где находятся его танки и что делать дальше. Ведь оказались в тылу врага. И за любую халатность и неосторожность могли быть серьезно наказаны. Да и итоги подвести не мешало. Ведь бой продолжался почти весь световой день. В целом танковая рота уничтожила свыше двух сотен вражеских солдат и офицеров и также три артиллерийских батареи японцев вместе с боевыми расчетами. Но и свои потери были велики. Враг сжег целых шесть танков, то есть половину. На исходе боеприпасы и горючее. Оставшиеся танки частично пострадали от попаданий снарядов. У самого командира А. Кукина машину здорово покалечило. Вражеский снаряд сорвал цапфу и сбил блокирующие кольца. Гусеница держалась только на балансире и могла оборваться в любой момент. Отсутствовала связь с командиром батальона. Надо был возвращаться назад. Тем более, что стало ясно, оборона японцев все еще держится. Если бы ее прорвали, то наши передовые части оказались здесь же, на берегу реки Халхин-Гол. Дождавшись темноты, остатки роты двинулись в обратный путь. И неожиданно вышли с тыла на ни о чем не подозревающего врага. Мощно прошли по оборонительным сооружениям японцев, круша гусеницами все, что попадалось на пути. И вышли к своим в расположение будущего прославленного генерала, а ныне командира полка майора Федюнинского. Возвратившись в расположение своего батальона, старший лейтенант Кукин узнал, что погиб его лучший друг, комбат Семен Канавин. Да и сам батальон сильно пострадал, потеряв в дневном бою свыше трети личного
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4