Исполнял Шаляпин русские песни. Матрена стояла-стояла, слушала и приговорила решительно: — Чудно поют, не по-нашему. — Да что вы, Матрена Васильевна, да прислушайтесь! Еще послушала. Сжала губы: — Не. Не так. Ладу не нашего. И голосом балует. Зато и вознаградила меня Матрена. Передавали как- то концерт из романсов Глинки. И вдруг после пятка камерных романсов Матрена, держась за фартук, вышла из-за перегородки растопленная, с пеленой слезы в неярких своих глазах: — а вот это — по-нашему... — прошептала она. 2 Так привыкли Матрена ко мне, а я к ней, и жили мы запросто. Не мешала она моим долгим вечерним занятиям, не досаждала никакими расспросами. До того отсутствовало в ней бабье любопытство или до того она была деликатна, что не спросила меня ни разу: бьш ли я когда женат? Все тальновские бабы приставали к ней — узнать обо мне. Она им отвечала: 186
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4