когда начнет стрелять артиллерия противника, ждал момента. Мне надо было в орудийных выстрелах врага замаскировать свой собственный выстрел. В шуме артиллерийских выстрелов и в шуме разрывов снарядов трудно засечь выстрел миномета, тем более на расстоянии 300-350 метров он бьет без дополнительных зарядов, т.е. одним основным. Расчет наш потом полностью подтвердился. Как только грохнул орудийный залп из-за Ступинских высот, загрохотали в нашем тылу далеко от нас разрывы снарядов, зашевелились в цепи гитлеровцы и только бы им подняться и пойти в атаку, я дал команду: «Три мины - огонь!». Первые мины рвались в расположении фашистов, а я повторял команду: «По врагам Родины десять беглым - огонь!» Наши мины на клочья рвали фашистов, разрывы один за другим вспыхивали в гуще врагов. Гитлеровцы заметались, раненые побежали и поползли назад, а я продолжал повторять свою команду: «Беглым - огонь!» атака врага захлебнулась, убитые валялись на земле, уцелевшие бросились назад, но их настигали наши мины. Отдельным фашистским пехотинцам удалось добраться до своего исходного рубежа, а потом мы перенесли огонь по Ступинским высотам. Наш сосед, видя такую огневую поддержку, оправился и стал продвигаться вперед. В разгар боя к нам пробрался командир взвода лейтенант Эрмель. Он убедился, как четко и слаженно действовал наш минометный расчет, как Шевченко все время точно держал прицел миномета, как уверенно опускал мины Виноградов, как старательно и своевременно подносили ящики с минами Хунцария, Ложкин, Матвеев. Отважные минометчики выбросили на головы фашистов почти 400 мин, а каждая мина весит более 3-х килограмм. Вот сколько смертельного груза обрушили гвардейцы-минометчики на врага. Фашистам был нанесен ощутимый урон на этом участке фронта. До батальона пехоты оставили гитлеровцы в лощине у подножья высоты. Так гвардейцы ковали победу над врагом в суровые дни Великолукской наступатель86
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4