этот поединок. Так за этот день мой счет возрос еще на два истребленных фашиста. Под прикрытием темноты мы выбрались из нейтральной зоны, вернулись в расположение роты и доложили гвардии капитану Суркову о выполнении боевого задания. Опять госпиталь Жарким и сухим выдался день 22-го июня 1943 года, на небе ни облачка, солнце беспощадно калило землю. Стояла какая-то особая духота. В этот день исполнилось ровно два года войны. Я долго лежал на земле около своей землянки и под комариный трезвон и писк смотрел на небо и думал об этом дне, дне 22-го июня 1943 года. Еще с вечера мы со Степаном Петренко договорились сделать вылазку вместе и избрали участок на стыке обороны нашего 59-го и 64-го стрелковых полков нашей дивизии. Мы и раньше делали вылазки и днями лежали в засаде на этом участке. Там каждая кочка, каждый бугорок был знаком, но почему-то беспокоил меня будущий день. Задолго до рассвета Степан Петренко и я отправились в нейтральную полосу. По пути договорились с солдатами своего полка и соседа. Они и без договоренности знали, что им делать, но всякий раз мы их предупреждали, а они тоже хорошо усвоили, если мы в нейтралке, то им спокойнее, впереди свои. Мы пробрались поближе к вражеской обороне, оборудовали огневые позиции, расположились метрах в 40-50 друг от друга. В моем секторе обстрела и наблюдения хорошо просматривалась за небольшим бугром ровная, простирающаяся в тыл вражеской обороны к лесу, лощина а где край лощины подходил к бору, недалеко друг от друга были видны две фашистские землянки. Из опыта боевой жизни мы знали, что гитлеровцы на уничтожение снайперов, если обнаружат, не жалеют ни мин, ни снарядов, ни патронов. Все это мы со Степановым 104
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4