был счастлив и принял окончательное решение— сойтись. Все это подтвердилось и в дальнейшем. Решетовская трижды приезжала в Мильцево. Новый год они встретили вместе в Рязани, у матери Натальи Алексеевны, а 2 февраля 1957 года возобновили свой брак юридическим оформлением. После этого, естественно, определился и срок жительства Солженицына в Мильцеве. Решено было закончить учебный год в школе, доучить ребят он считал своим долгом, и там подыскать место учителя. Александра Исаевича здесь можно понять. Условия жизни в Рязани предполагали быть лучшими, к тому времени накопилось уже достаточно рукописей, появились новые замыслы, которые требовали своего воплощения. Более того, со смертью Матрены Васильевны пришлось постояльцу перебраться к ее золовке, в другой дом. Дом этот хоть и был более добротным, Александр Исаевич даже жил в отдельной комнате, но чувствовал он себя в нем не так уютно, как у праведницы Матрены. ...Говорят, перед отъездом в Рязань Солженицын побывал в Ильинской церкви, где Матрену Васильевну отпевали, а также поклонился ее праху на кладбище в Па- лищах. Здесь нашла свой последний приют праведница. Образ Матрены, по всей вероятности, постоянно стоял перед его глазами. Но потребовалось определенное время, чтобы его можно было литературно и художественно канонизировать. Теперь мы точно знаем — более двух лет. Вот как об этом вспоминает Н. А. Решетовская: «Я знала, что у Александра Исаевича было намерение написать о Матрене Васильевне. Я всегда ждала, когда же он выполнит задуманное. Приступил он к рассказу два года спустя. Часть лета 1959 года мы провели в Крыму, где жили ссыльные друзья Солженицына — Зубовы. (Они выведены под фамилией Кадминых в «Раковом корпусе».— Н. Л.) По утрам и вечерам мы бывали на пляже, а днем прятались от зноя в комнатке, снятой для нас Зубовыми, либо в садике, рядом с ней. Вот в эти-то часы Александр Исаевич и стал писать рассказ о Матрене Васильевне, материалы для которого он с собой захватил. Но, не закончив произведения, Александр Исаевич никогда не давал мне его прочесть. Так было и на этот раз: в Крыму рассказ о Матрене прочесть не пришлось. И лишь почти 150
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4