(медсестра, уж год работает в Сегежиэ, а у актера в Коврове живет теща, и он часто бывает там. Люда родом из Южи, и мы долго говорили о поэте Ване Ганабине. За окном все тот же наш лес, наши деревеньки — где же Карелия? И только ближе к Петрозаводску — вдруг мощные реки (Свирь?), огромные озера и уже на подъезде —Онежское озеро! Сияет солнце, золотые березы, багряные рябины. Теплынь. На вокзале Ким и здешний художник Борис Поморцев. * * * Начинаем объезжать на лодке окрестные берега Онежского озера в поисках деревни для остановки. Объехать мне Карелию —конечно, наивная мечта. Не забыть списать с карты все названия. Бессонница, бессонница, бессонница... * * * Число этюдов росло в прогрессии— четыре— восемь —шестнадцать... Ими были завешаны все стены. Казалось, меня забыли в картинной галерее. Ночью они казались фантастическими. * * * Уже чувствую приближение заката. К усталости, великой усталости пришла в итоге моя жизнь, и темп ее становится не под силу мне. * * * Из нас троих было двое художников. Они порабощали меня большинством голосов, заставляя сидеть на месте, когда мне хотелось смены впечатлений, и срываться в путь как раз тогда, когда я ощущал потребность в спокойном уединении и неторопливом раздумье. 114
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4