Разряженная ярко обезьяна Твердит сто раз, что у нее есть муж. Кому-то кто-то шепчет: «Сомневаюсь». Мне в руку ткнулась женская рука, И я, как от ожога содрогаясь, И быть не в силах в роли дурака, — На кухню вышел... Там, столпясь у ведер, Поочередно гости воду пьют. В скопленье диком пышность бюстов, бедер, Мельканье галстуков и хвастовства уют, Банальность фраз, Истома тел и вздохов, Куренье нервное и похоти разлив, Дешевость поцелуев, тень подвохов, Под платьем дорогим нечистый лиф. Окурки, пачки, с апельсинов цедра, С конфет бумажки скрыли пол от глаз. С надрывом кто-то опоражнивает недра, Дугой согнувшийся под умывальник в таз. О, боже мой!.. В каком сейчас я веке? Весь ужас сказочный сдавил со всех сторон. Всю эту грязь, что скрыта в человеке, Хмель обнажил, наружу вывел он. Спасибо, хмель, тебе за дружескую помощь! Спасибо, хмель, тебе! Ты мне глаза открыл. Теперь раскушен горький фрукт... и овощ... Зрю с отвращением животный облик рыл. Пестрела ярко внешностей реклама. Кому нужна она, порвавшись и слиняв?.. 189
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4