15 Больше, чем поэт Жил мальчик. Звали его Юрик. У него была мама, ко- торая работала в детском садике. Юрик часто приходил к маме на работу после школы, играл с детьми и однажды придумал для них новую (военную!) игру. В этой игре де- ти пели песенки, их тоже придумал Юрик. Потом он стал сочинять для маминых детей и стишки… Это было накануне Великой Отечественной войны. А в 1942-м четырнадцатилетний Юрий Синицын впер- вые увидел напечатанным в камешковской газете «Зна- мя» свой стихотворный протест «Мы отомстим!». Итак, речь сегодня пойдет о ковровском поэте, члене Союза писателей России Юрии Николаевиче Синицыне, потому как именно в этот день он и родился. Мы познакомились ближе с Юрием Николаевичем и его супругой Валентиной Федоровной (в присутствии ласковой, уютной собачки Дины и не менее уютных аквариумных рыбок) в процессе трехчасовой беседы. А до этого я добросовестно «проштудировала» несколь- ко сборников поэта (из имеющихся во взрослой город- ской библиотеке, хотя лучше было бы зайти в дет- скую). Когда я увидела (уже дома у Синицыных) дет- скую книжечку «С человеком — беда», то вспомнила о том, как мне было жаль мальчика, подавившегося орешком, и как было страшно, что сама могу так пода- виться (об этом я говорила маме, читавшей мне книж- ку)… Случилось так, что Юрий Синицын больше известен как детский поэт, но если поэт — поэт, то он не может оставаться только детским, и наоборот (вспомните Мая- ковского, Маршака…). А еще, рассказывал Юрий Николаевич, писатель Сергей Никитин всегда «завидо-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4